И женщина указала рукой на коллегу. Та церемонно поклонилась, давая понять, что виновница торжества именно она. Я, как водится, произнесла дежурные поздравления, придвинула свободный стул поближе к столу и, скинув куртку, присоединилась к кружку любителей чая.
— Вы, наверное, новая секретарша? — предположила Тамара Львовна.
— А что случилось со старой? — осведомилась я.
— Да, похоже, уволили. Три дня не появляется. Новый босс приказ издал. Сначала выговор, а потом увольнение. За прогулы, — опередила Тамару Львовну все та же словоохотливая женщина. — А вас не предупредили?
— Боюсь, что нет, — скромно ответила я.
— И правильно сделали. Время-то неурочное. Попробуй в конце года хорошие кадры найти. А если каждому кандидату сообщать, что новый босс направо и налево увольнениями разбрасывается, кто ж захочет в такую организацию устраиваться? — авторитетно заявила Тамара Львовна.
— Что, строгий? — спросила я, имея в виду босса.
— Не то слово. Не в пример Димочке нашему, царство ему небесное. Вот тот был человек. С большой буквы. Строгий, конечно. И требовательный. А как без этого? Начальству по-другому нельзя. Вмиг на шею сядут, — принялась разглагольствовать именинница. — Но зато уж какой справедливый! Ни разу никому без основания ни выговора, ни взыскания не влепил. Золотой был человек. Теперь вот неизвестно, что вообще с фирмой будет. Все мы сейчас в подвешенном состоянии. И это перед новогодними-то праздниками? Кто знает: выйдем после каникул, а нас уж всех заменили.
— Да что вы такое говорите, Тамарочка Львовна! — перебила ее третья из присутствующих женщин. — Где он такую прорву специалистов найдет? Да еще разом. Не переживайте вы так. Вот подурит малость и остепенится. Ему свою собственную фирму обезглавливать резона нет.
— А Люську увольнять, выходит, был резон? — возразила Тамара Львовна. — Чем она ему помешала? Ну, скажи? Подумаешь, три дня на работу не вышла. Так она же хмырю этому звонила. Предупредила, что обстоятельства у нее сложные. Чего ему еще надо?
— Да просто ему неприятно, что Люська так Димочку расхваливала. Элементарная ревность, вот и все. Нас-то чего ревновать? Мы с начальством за одним столом не сидим. С нас и спрос грошовый, — снова вступила в дискуссию самая молодая.
— Посмотрим, как ты, Рая, после увольнения запоешь, — оборвала ее Тамара Львовна.
— Вот вам и реклама нашего «дружного» коллектива.
Эту фразу произнесла четвертая женщина, до тех пор сидевшая молча. Сказала она это тихо, почти неслышно, но эффект от ее слов получился потрясающий. Все три женщины разом смолкли, опустили глазки вниз и начали усиленно прихлебывать из своих чашек. Вот это, я понимаю, авторитет! Значит, обращаться нужно именно к ней. Так я и поступила.
— Меня Татьяна зовут. И я не новый секретарь, — так же тихо, как эта женщина, проговорила я.
— Я догадалась. Меня можете называть Лидией Петровной, — ответила женщина и указала на ту, что сомневалась в возможности за короткий срок обновить весь коллектив. — Это Наталья. Можно без отчества. Не любит. Ну, а с остальными вы уже познакомились.
Я кивнула всем женщинам по очереди. Женщины ответили тем же. Рта никто не раскрыл. Какое-то время в комнате стояла тишина. Все молча пили чай, отхлебывая из чашек мелкими глотками. В том числе и я. Выдержав паузу, Лидия Петровна заговорила:
— Вижу, вы девушка честная. Расскажите нам, за какой надобностью пожаловали в наше скромное заведение?
Речь Лидии Петровны была несколько витиеватой, но голос звучал доброжелательно. И я решилась. В конце концов, успех любого сыщика на восемьдесят процентов зависит от удачи. Интуитивно я чувствовала, что сегодня удача на моей стороне.
— Я пришла по поводу смерти Димы. Он мой давний приятель. Хочу разобраться, как случилось, что Дима умер в самом расцвете лет.
Про убийство и мои подозрения я не сказала ни слова, но Лидия Петровна, несомненно, догадалась об истинной причине моего любопытства. Изучающе глядя мне в глаза, она спросила:
— Пытаетесь докопаться до правды? Похвально. Вы из милиции?
— Сейчас принято говорить «полиция», — не отвечая на вопрос, заметила я.
— Пусть так. Разницы, на мой взгляд, никакой, — не стала спорить Лидия Петровна. — Как я понимаю, вас интересует, кто из сотрудников фирмы мог иметь зуб на Дмитрия? Да такой, чтобы решиться на злонамеренные действия, так?
— В общих чертах, — уклончиво ответила я.
— Тогда вы попали по адресу. Здесь находятся только свои, — обведя комнату рукой, произнесла Лидия Петровна. — Все мы работаем в фирме с самого ее основания. И Диму помним еще с тех времен, когда он только начинал свое становление в сфере бизнеса. Дима — хороший мальчик, тут девушки не преувеличивают. Его смерть для нас — тяжелая утрата. Естественно, все мы хотим, чтобы справедливость восторжествовала. Поэтому постараемся предоставить вам объективные сведения обо всех сотрудниках. Правда, девочки?
Женщины закивали головами, все еще не решаясь вставить свое слово. Лидия Петровна удовлетворенно кивнула и предложила:
— Вы можете задавать свои вопросы.
