Карнивора полностью

– О, моя Королева. Сделай меня сильным и жестоким – потому что я не хочу жить по законам этого Леса.

И Лис сказал:

– О моя Королева! Сделай меня умным и хитрым – потому что я не хочу жить по законам этого Леса.

И Королева ответила им:

– Хорошо. Будь по-вашему. Ты, Волк, будешь сильным и жестоким, и ты, Лис, будешь умным и хитрым. Но наступит день, когда ты, Волк, станешь слабым, и ты, Лис, станешь глупым. И тогда вас будут судить по законам этого Леса.

И было по ее слову. Волк был сильным и жестоким, и никто, даже сама Королева, не смел указывать ему. И Лис был умным и хитрым, и никто, даже сама Королева, не мог заставить его повиноваться себе.

Но настал день, когда Волк стал слабым. И настал день, когда Лис стал глупым. И тогда Лес осудил их по своим законам.

Ибо в тот день они перестали быть Волком и Лисом».

Марика отложила книгу. В тишине тихо потрескивал огонь.

– Я одного не могу понять, – заговорил наконец Кит. – А зачем Волку было становиться слабым, а Лису – глупым? У них же был дар от Королевы.

– Но ведь она сама сказала, что однажды будет так, – возразила Марика.

– Значит, она им не подарила силу и ум, а дала взаймы? На время?

– Нет, Кристофер, – раздался от двери голос Доры. Дети одновременно вскинули на нее глаза. Они не услышали, как она вошла. – Просто любой дар однажды становится проклятием. Если тебе нечего дать взамен.

Дети долго молчали.

– Мама, – позвала наконец Марика. – А это правда сказка про нас с Китом?

– Может быть. Если вы тоже хотите никого не слушаться.

Дети тяжело вздохнули – и пошли накрывать на стол к ужину.

– Марика? Ты спишь?

– Нет еще.

– Скажи, а ты хотела бы стать сильной? Такой сильной, чтобы никто тебе был не указ?

Марика немного помолчала.

– Наверное, – наконец неуверенно прошептала она. – Но я бы все равно слушалась маму. И бабушку Лагит. И бабушку Кейзу.

– Почему?

– Потому что они… Они же любят нас. Я не хочу их… расстраивать.

Кит неопределенно хмыкнул.

– А ты, Кит? Ты бы хотел стать умным и хитрым, как Лис?

– Может быть, – прошептал он в ответ. – Но тогда меня точно никто не будет любить. Так что, может, и нет.

– Я буду, – уверенно прошептала Марика.

– Даже если я стану противным хитрым Лисом? – хихикнул Кит.

– Конечно. Я же стану большим страшным Волком! – Марика громко щелкнула в темноте зубами, и они оба покатились со смеху.

– Дети! – прикрикнула Дора из комнаты. – Ну-ка быстро спать! Чтобы больше ни звука!

Они снова рассмеялись, но на этот раз почти беззвучно. Дора сделала вид, что ничего не слышит. Наконец оба успокоились.

– Спокойной ночи, Лис, – прошептала Марика и повернулась на бок, устраиваясь поудобнее.

– Спокойной ночи, Волк, – пробормотал Кит и зарылся глубоко под одеяло.

Далеко в Лесу мягкие лапы бесшумно пробежали по земле. Мелькнул серый хвост, мелькнул рыжий хвост. На мгновение они оказались рядом, покружились, сминая прелые прошлогодние листья, и разбежались в стороны. Лес тихо вздохнул и беспокойно шевельнул ветвями, посылая им в спины холодный ночной ветер. Ледяной воздух со свистом пролетел между деревьями, растревожив зверей и птиц, – но ни Волка, ни Лиса он так и не смог догнать.

Эти двое были неподвластны законам Леса.

Во всем был виноват Тур Кийри. Так, во всяком случае, считала Марика. Если бы не староста, ей бы не пришлось тащиться на озеро с Китом в такую рань, да еще и с коробочкой отборных дождевых червяков в руке. Коробочка была совсем не тяжелой, но содержимое Марике не нравилось. Конечно, будучи дочкой и внучкой ведьмы, она была довольно нечувствительна к такого рода вещам, но все-таки считала, что дождевые черви – не самые симпатичные существа на земле. Особенно, когда их напихано в коробочку больше десятка.