— В смысле, что? — улыбнулся он, пожимая плечами, выдохнул обреченно и продолжил: — Не знаю. Ты опять раздражаешь меня, вынуждая подрывать чувство собственного достоинства. Лаки Скойлок... Неприятно звучит, но о старой фамилии в нашей с тобой семье лучше не вспоминать.
В нашей семье? Он молчал и смотрел мне в глаза, улыбаясь. Еще какое-то время до меня доносилась негромкая деловая беседа папы с Тролдом, а затем в ушах зазвенело.
— Что? — задохнулась я, когда смысл сказанного Лаки стал доходить.
— Я целиком возьму тебя себе и никому не отдам. В придачу за мое бесконечное терпение и, видимо, за будущее страдание от твоего общества твой отец вознаградит меня своей империей по недвижимости. Но мне мало. Чтобы тебя терпеть, я возьму еще фамилию, особняки, а по ночам буду исцелять людей. Наверное, надо просить что-то еще.
Я бросилась ему на шею, повалив прямо на ступени.
— Неудобно, Карра. Больно.
Лаки кряхтел, но тихо смеялся, а я прижималась к нему крепче. Вскоре он тяжело выдохнул и замер, больше не жалуясь на неудобство. Далекая речь мужчин совершенно не мешала мне слушать наше сердцебиение. Он гладил меня по голове, вынуждая прикрывать глаза от наслаждения. Мир снова обретал утраченную яркость.
Мы сидели в гостиной, пили холодный сок и планировали.
— А там будет оранжерея! — решила я.
— Тогда лучше построить ее отдельно, — хмурился папа, сидя в кресле напротив.
— Но я хочу на втором этаже и с выходом в сад.
Раз уж Инжентти позволил себе наглое расточительство нашего с Лаки бюджета, а папа возьмет от этой суммы только часть за основные материалы, то я урву все по полной.
— Доченька...
— Сделайте, — поддержал меня Лаки, отвлекаясь от бумаг. — То, что вы показываете неплохо, но тут намерено отсутствуют...
Я улыбнулась, глянув на его профиль и моментально бросилась к нему на шею. Бумаги разлетелись, Лаки тяжело вздохнул, но я знала, что ему нравится мое внимание. Ощутила теплые руки на пояснице и склонила голову, кончиком носа касаясь его шеи.
— Попрошу обед пораньше, — пробурчал папа, тяжело поднимаясь.
Лаки лишь крепче прижал меня к себе и потерся щекой о мои волосы.
— Карра, ты соскучилась?
— Он слишком много от тебя требует. Ты вроде бы часто рядом, но мы почти не общаемся.
— Ты постоянно рядом, а твоему отцу просто...
Лаки замолк, но продолжение не нужно было. Папа боялся за меня, старался узнать моего любимого лучше, чтобы растворить недоверие и избавиться от страха за жизнь дочери.
— Хочешь прогуляться?
— К Седогривому, — кивнула я, вскочила с дивана и потянула Лаки за собой.
Они вошли в комнату, и Лаки намеренно остановился подальше, наблюдая за ней. Карра вытащила из шкафа вещи для верховой езды и скрылась в ванной. Он улыбнулся, направляясь к кровати: они спят вместе, живут в одной комнате, но она по-прежнему прячется, когда переодевается. Молодой Скойлок улегся и глубоко вдохнул, чувствуя от подушки приятный запах своей супруги. Ему хотелось быстрее переехать от ее родителей, чтобы ощущать большее уединение с ней, и одновременно не хотелось. Новая мебель, обработанная лаками и пропитками, долго будет сопротивляться вкусному аромату духов, а Лаки очень его любил.
Карра вышла из ванной и прошествовала к трельяжу. Каждый ее шаг звучал тихим шуршанием белой ткани брюк. Черная жилетка плотно прилегала к телу, предъявляя внимательному взгляду тонкую талию, обрисовывая высокую грудь, подчеркивая безупречную осанку — пробуждая и дразня охотника. Лаки провел языком по зубам, любуясь Каррой, пока она крутилась перед зеркалом, так невзначай демонстрируя мельчайшие девичьи изгибы. Он давно понял, что очарован всем в ней: грацией, открытыми жестами, выразительными эмоциями, привыч ками . Он поднялся с кровати и тихо скользнул к ней, когда она собирала волосы на затылке. Ему нравилось, когда длинные локоны струились синим водопадом, но в собранных он находил свою прелесть — небольшое преимущество, о котором Карра не догадывалась.
От его плавного, внезапного появления в отражении она вздрогнула, словно испуганная птичка, вот только упорхнуть не могла. И не хотела. Лаки не любил смотреть на себя, но он знал, что Карра любит видеть их вместе. Он встал вплотную к ней, ощущая теплоту ее тела и опаляющий жар внутри своего.
— А прогулка? — прошептала она, следя за его руками в отражении.
