Надеюсь, что не только ради него. Я снова буквально обнюхивал стены и снова пытался простучать особо ничем не приметные участки. Тщетно, никакой новой надписи, поясняющей, что конкретно нужно сделать, ни тайника. В другой комнате? Вполне возможно…
— Клык, идём налево, — скомандовал я, подходя к полульвице.
И как бы не двусмысленно это прозвучало, вряд ли фурри поняла скрытый смысл. Поэтому ответила просто:
— Приняла. Я пойду первая, вы держитесь в двух шагах позади. Только, пожалуйста, назад посматривайте. Хотя я и сомневаюсь, что эти копытные могут передвигаться бесшумно. Но, кроме них, здесь и другие могут быть.
В левой комнате ничего, кроме обильных кучек навоза на полу, не нашли. Но я всё равно стены по периметру обошёл, при этом стараясь дышать только ртом, чтобы хоть как-то снизить вонь, царившую в комнате. Тщетно.
А вот в первой правой, после «нашей», комнате было. Нет, ни свино-чертей, ни других инфералов. Зато были те же многочисленные кучки навоза, между которыми примостился каменный постамент, на котором стояла статуэтка из чёрного камня. Та ещё страшилище, сидевшее на корточках и закутавшееся в сложенные крылья, как бабулька в полиэтиленовый дождевик.
— Это же…
Рамка с информацией появилась прямо в воздухе над головой гаргульи.
— Вот это мне нужно? Точно? Если правду сказать, как-то не впечатляет… Совсем другого ожидал, — пробормотал я, скинув мешок путника со спины и протягивая руки к статуэтке. Как бы я ни был недоволен, не оставлять же её здесь.
— Подождите, мой господин, — остановил меня встревоженный голос фурри. — Давайте, лучше я.
И, не дав мне ничего сказать в ответ, полульвица шагнула к постаменту и схватила статуэтку, тут же отпрыгнув на два метра в сторону. Замерли… Тишина, ничего не случилось. Уложив гаргулью в мешок, я ещё раз осмотрел постамент и стены комнаты, а вдруг ещё какой тайник есть? С настоящим сокровищем. А то из сокровищ у нас только три пары колечек из жёлтого металла, вырванные из сосков троих свино-чертей. А вдруг золото? Пригодится…
Последняя комната в коридоре, оказалась и не комнатой вовсе, а ещё одним, в отличие от того, по которому мы шарились, ярко освещённым коридором. Вот только куда он вёл, было непонятно, резко заворачивал метров через десять.
— Идём? — обернулась ко мне Клык.
— Идём, — согласился я.
Но как только я шагнул в этот коридор, словно в преграду уткнулся, а в голове кровь застучала, низ живота холодным комом свернуло. Всё это напомнило мне тот момент, когда я в первый раз хотел войти в пещеру с летучим мышами. Только в этот раз все ещё сильнее было.
— Знаешь, что, Клык, пошли назад и побыстрее…
— Быстрее, Клык, быстрее!
Посекундно оглядываясь, я усилием воли заставлял себя идти, а не сорваться на бег. Сейчас бег — это паника. И так её сдерживаю из последних сил, и ледяной ком, в который превратился низ живота, совсем не способствовал этому.
«А, может быть, там кто-то такой же, как и Клык? Вот только она, прежде чем принести вассальную присягу, вполне серьёзно была готова меня убить, как приказала, выдернувшая её из Чистилища, божественная сущность, — в очередной раз обернувшись, посмотрел на неяркую полоску пурпурно-синего света, продолжавшуюся ровно светиться. — Вроде бы она ни разу не моргнула, а, значит, меня никто не преследует? Можно чуть успокоиться?»
— Я что-то чувствую, мой господин, — негромко прорычала полульвица, оскалив немаленькие такие, по сравнению с моими, конечно, клыки.
— Твою… — вырвалось непроизвольно. Обернувшись, ничего нового не увидел, но шаг всё же прибавил.
— Подождите, мой господин. — Перед нужным дверным проёмом Клык придержала, меня за плечо. — Я первая. Проверю.
И рванула вперёд. Ну а я что? — как истинный джентльмен, пропустил даму вперёд. Ещё от древних людей пошло при нахождении новой пещеры, первой запускать в неё женщину. Если зверь сожрёт, — не жалко. Шутка, конечно. Но вхожу-то я вторым.
Вернее, стою в проёме, поглядывая, как фурри, не удовлетворившись визуальным осмотром, пробежалась по углам. Уже на рефлексе обернулся посмотреть, что там? И… Не увидел дальней полоски света. А через мгновение она снова появилась!
