— Фома, заканчивай изображать бурную деятельность, лучше пойдём, похвастаешься успехами в хакерском деле. Если есть, конечно, чем.
Хомо-суслик снова обозначил поклон, ох уж церемониалист от кончиков когтей на толстых пальцах лап до кончика… кончиков ушей, — хвоста-то у нашего садовника нет, и бросил корзину на каменную площадку, откуда она благополучно и исчезла. Надеюсь, что на склад, а не в переработку. А то так корзин не напасёшься.
— На склад, — всё тем же невозмутимым голосом, опроверг мои опасения мажордом.
«Ох, уж эта въевшаяся в мозги привычка говорить вслух. Надо избавляться».
— Благодарю, Глюк.
А бобёр поднялся на одну ступеньку крыльца, щёлкнул пальцами и от его шкуры тут же повалил пар. «Да он так сушится! — догадался я. — Удобно. Интересно, сколько ещё сюрпризов у моего садовника?» А он снова защёлкал.
— Карт, Фома просит подождать пятнадцать минут. Ему нужно заглянуть в Зимний сад, кое-что проверить, чтобы потом не отвлекаться.
— Хорошо.
Снова поклонившись, садовник прошмыгнул в избушку. Пушистик, вроде бы увлечённо шепчущийся с другой малышнёй, тут же прервался и прыгнул на ступеньку, где только что стоял Фома, в оставшуюся после камненоса лужицу.
Три! Три секунды понадобилось маленькому уборщику, чтобы вернуть ступеньку в надлежащий вид. Кстати, я уставился на доски крыльца, на поручни так, словно увидел их в первый раз. Не выдержал и провёл ладонью по внешней стороне балясин.
— Глюк, и как ты это можешь объяснить?
— Что? — не понял моего вопроса мажордом, хотя с интересом следил за моими действиями.
— Посмотри, — там идёт довольно сильный ливень. Косой ливень, хочу уточнить. А на крыльце ни капли, хотя козырёк крыши не сильно выдвигается вперёд и не смог бы защитить от хотя бы случайных капель. Но их нет.
— В интерфейсе нет описания данного феномена, — незамедлительно ответил главный специалист по избушке. — Видимо, Сердце Замка как-то защищает крыльцо от дождя.
— Интересно, оно только от дождя защищает или ещё от чего-то? И как можно эту защиту усилить?
— Я буду изучать этот вопрос. Очень тщательно.
— Хорошо. Пойдём, что ли, на кухню. Пока Фома в саду возиться, я себе яичницу приготовлю.
Когда вошли в фойе, я краем сознания отметил, что входная дверь осталась открытой настежь. Но тут же нашёл объяснение: на улице осталась малышня, да и свежий воздух точно никому не навредит.
Когда глазунья была почти готова, от двери послышалось жалобно-просительно «Му-ур?» Кошка на запах явилась. Клык прислонилась к косяку двери и стояла с полузакрытыми глазами. Понятно, ещё не совсем проснулась, но мою просьбу, я тихонечко вздохнул, выполнить не забыла, — длинная рубашка была застёгнута на всё пуговицы и даже подвязана поясом, демонстрируя почти осиную талию.
— Садись за стол. — Кивнул я. — Покормлю.
Немного пошатываясь, Клык добрела до стола и плюхнулась на табуретку. Голова опёрлась на ладонь, и глаза тут же снова закрылись. Не полульвица, а самая настоящая соня.
Я критически посмотрел на содержимое сковородки: пять блестящих, почти идеально ровных, ярко-оранжевых желтка на белом фоне. Почти идеал. Почему почти? Слышал в сети, что у идеальной глазуньи желток розоватый. Но сам никогда такой не пробовал и даже не видел.
Так вот, глазунья из пяти яиц. Как делить-то? Как ни дели, — всё равно каждому будет мало. Я свой аппетит знаю, и аппетит фурри видел, не смотри, что талия осиная, в неё столько влезает. Ладно. Чего тут делить-то? Пусть ест, себе я ещё нажарю. И надо на будущее зарубку на носу поставить, — всегда готовить сразу на двоих, меньше времени на готовку понадобится. Хотя и в таком подходе свой плюс есть, — кулинар качается, как за два раза.
Поставил тарелку с яичницей перед полудевушкой, пододвинул три куска всё ещё остававшегося свежим хлеба. Клык тут же жадно втянула своим носиком аромат и лишь потом раскрыла глаза. Секунду смотрела на предложенное блюдо, а потом вопросительно уставилась на меня.
— Ешь, не жди. Тут делить нечего. А я себе сейчас ещё приготовлю. Приятного аппетита.
— Спасибо. — Полульвица схватила ложку и кусок хлеба и чуть ли не урча набросилась на яичницу. А что было бы, если я решил её поровну разделить? Отсутствием аппетита мой вассал не страдает.
Только я приготовил себе порцию глазуньи, как увидел Фому, прошмыгнувшего мимо кухни в сторону кабинета. Так, наш хакер немного задержался, пока я здесь кулинара качал, но не буду его задерживать, — поесть я и в кабинете с аппетитом могу. А то, что не на кухне, — так кто мне указ в моей избушке?
— Клык, ты тут доедай, — велел я фурри, утолившей первый голод и уже не урчавшей на каждый кусок, отправляемый ею в рот. — А я в кабинет пойду, — у нас там деловое совещание.
А звучит-то как: «деловое совещание» — это вам не хухры-мухры и попойка с блек-джеком и девицами низкой социальной ответственностью. Тем более ничего такого всё равно нет. Так что только деловое совещание.
— Ну, хвастайся, — разрешил я Фоме, поднявшему со стула, как только я вошёл в кабинет, — какую такую пятисотлетнюю жемчужину откопал в месте под названием: «Помойка»?
