И исчезла с портрета, оставив Брока в раздумьях. Нет, идти, естественно, было надо, и это не обсуждалось. Броку просто не нравилось, что он несся с места в карьер, не оставляя себе время на раздумья. Третий день в новом мире, а уже требуют становиться главой рода, что бы это ни значило. Он в своей прошлой жизни был максимум командиром отряда, а тут… Хотя, а чем род и вассалы отличаются от его СТРАЙКа? Количеством? Так еще неизвестно, может, там три калеки в вассалах. Справится. Без вариантов.
Портретная галерея находилась на втором этаже в отдельном огромном зале. Как этот зал помещался в том доме, что он видел с площади — непонятно. Но пытаться постичь волшебную архитектуру, а с ней физику, химию, геометрию, Брок даже не пытался. Нет у магов ничего из перечисленного. Вернее, есть, но все это щедро сдобрено магией и пока не понятно его обыкновенным не волшебным мозгам. Он только присвистнул от удивления, видя бесконечные ряды портретов, занимающие стены едва ли не в три ряда.
— Наследник, — послышалось с ближайшего портрета, на котором был изображен, как понял Брок, воспользовавшись памятью Сириуса, его отец Орион.
— Сэр, — он коротко поклонился.
— Пройди в центр зала, там на столике тебя ждет кольцо.
Брок едва не расхохотался, представляя себя невестой — дойдет до места и получит кольцо на палец. Мечта всей жизни, блядь! Но он шел куда сказали, осматриваясь. С портретов на него смотрели маги и волшебницы, и каждый провожал его с надеждой в глазах. Он был последним прямым наследником из Британской ветви Блэков, он был их надеждой на то, что род не угаснет. Все произошло достаточно просто, без кровопусканий и прочего ужаса. Простое кольцо с плоским черным камнем село на палец, как влитое. Броку на мгновение показалось, что стало немного темнее, и по телу прошелся слабый разряд тока, но он тряхнул головой, и неприятное чувство ушло.
— Поздравляем, лорд Блэк, — слышалось с картин.
— Благодарю, — коротко поклонился Брок с не присущей ему аристократической грацией и ушел из портретной галереи, оставив портреты обсуждать то, насколько легко новоиспеченный лорд принял род. Предки остались крайне довольны им.
— Клейтон, какого хрена застыл, как под Ступефаем? — разнеслось под сводами мрачного зала.
Здоровенный, мрачный мужик обернулся к крикуну и показал внушительный кулак.
— Орешь, как заполошный, а дальше собственного носа не видишь, — гулким басом отвечал означенный Клейтон, — в окно посмотри.
За окном, на далеко выдающимся в бушующее море мысе, в давние времена маги построили маяк. В последний раз огонь на нем горел лет десять тому назад. А с тех пор, как род Блэк остался без главы, на маяке свет не зажигался. И в море никто не выходил. Это у маглов давно уже все земли разведаны и поделены, на магической стороне выходить в море могли далеко не все. А уж неосвоенных земель было гораздо больше, чем заселенных людьми. Ковен возглавляемый Британскими Блэками был пожалуй единственным, кто ходил не только за пролив в Европу, но и в Северную Америку. Зажегшийся магический огонь на маяке лучше всего говорил о том, что Блэки снова получили главу, а это сулило новые походы, новые земли, новую жизнь.
— Собирайся, — Клейтон позвал Джадса, который так и стоял в дверях, неверяще пялясь на свет маяка и все же победно подняв вверх кулаки, — и позови Майклса и Боула, пойдем к новому лорду на поклон.
***4***
Брок смотрел на прибывших гостей, слушал их и боялся, что чувство полного охуения от этого мира станет перманентным, а глаза даже закатывать не придется, они просто прекратят «выкатываться» и останутся такими навсегда. Он был почти уверен, что в вассалах у него окажутся едва ли не крестьяне, а тут… Но обо всем по порядку.
Приняв главенство над родом Блэк, Брок ожидал, поверив словам леди Вальбурги, что скрытые лакуны памяти безболезненно откроются, но когда у него хоть что-то было легко, а не приходило через кровь, пот, боль и страдания? Да никогда! Все в жизни ему доставалось тяжелым трудом, вот и память возвращалась так же. Он успел спуститься вниз и дойти до гостиной, когда ему будто Мьёльниром по голове прилетело, а пред глазами, казалось, не звездочки мелькали, а целые вселенные. Боль была адская, не меньше. В руки ему сунули какой-то пузырек, но он не понял зачем, потому его отобрали и, запрокинув ему голову, насильно влили в рот какое-то адское зелье, которое, впрочем, быстро уняло болящую голову. Но все равно, примерно с полчаса ему пришлось поваляться, пока перед глазами перестало двоиться и плыть. И все это время слушать завывания Кричера о том, что он себя накажет, потому что посмел без приказа дать хозяину зелья. Пришлось обматерить паршивца и отослать на кухню готовить стейки, Брок хотел мяса, а не ужасно полезный суп на ужин, который ему настойчиво советовал эльф.