Такая перспектива может вызвать большее беспокойство у Казначейства и Федеральной резервной системы, чем все то, что пока сделала Россия. Одно дело, когда центральный банк России отказывается от накопления долларов в своих золотовалютных резервах (или когда они конфискуются, как это было в прошлом случае), но совсем другое дело, когда Народный банк Китая поступает аналогичным образом.
Объем иностранных резервов центрального банка Китая составляет более $3 трлн, что равно примерно четверти всех резервов центральных банков в мире. Фактически, иностранные резервы Народного банка Китая в два раза превышают резервы следующего по рангу центрального банка - Банка Японии. Чуть менее $1 трлн иностранных резервов Народного банка Китая хранятся в долларах, в основном в виде казначейских облигаций.
За последнее десятилетие объемы государственных долговых обязательств США на балансе Китая (и связанных с ними долговых обязательств федеральных агентств, таких как облигации Freddie Mac и Fannie Mae) сократились примерно на 30 % по сравнению с пиковым значением в 2013 году. В последнее время этот процесс ускорился после решения западных властей арестовать долларовые активы российского центрального банка. Объем казначейских облигаций на балаонсе Народного банка Китая сократился на 22 % в 2022 году, опустившись до самого низкого уровня с 2009 года. Этот процесс, несомненно, продолжится.
Будь то снижение необходимости удерживать курс юаня к доллару на фоне сокращения двусторонней торговли или целенаправленная попытка ослабить глобальный авторитет доллара, Китай будет избавляться от казначейских облигаций. Таким образом, Китай фактически вводит санкции против доллара - акт экономической войны.
Время проведения такой распродажи может оказаться крайне неблагоприятным для рынка облигаций США. Если это произойдет одновременно с количественным ужесточением политики Федеральной резервной системы, то это вызовет двойной удар по рыночной ликвидности, который может привести к резкому росту долгосрочных процентных ставок по государственным облигациям США. Скачок доходности казначейских облигаций отразится на всей американской экономике и рынках капитала, затронув не только ипотечные ставки и рынок жилья, но и фондовый рынок, поскольку акции будут вынуждены конкурировать с растущей доходностью казначейских облигаций за средства инвесторов. Если Народный банк Китая будет так настроен, то огромные потребности Америки в заемных средствах могут внезапно превратиться в геополитическую проблему, как никогда ранее.
И Китай, конечно же, будет не единственной страной, сокращающей свои запасы казначейских облигаций. Использование доллара в качестве оружия и таких западных финансовых институтов, как SWIFT, подтолкнуло другие страны к принятию мер по защите, если однажды они станут объектом американских финансовых санкций.
Хотя доллар по-прежнему является самым крупным активом в валютных резервах центральных банков, его доминирующее положение уже некоторое время снижается, еще до того, как администрация Байдена предприняла экстраординарный шаг - конфискацию российских валютных резервов. По данным Международного валютного фонда, за последние два десятилетия доля доллара в иностранных резервах центральных банков снизилась с 71,5 % до 58,8 %. По данным МВФ, к концу 2022 года доля доллара в резервах центральных банков снизилась до 58,4 %, что является самым низким показателем с 1994 года.
Продажа долларов из резервов центрального банка - не единственный способ, с помощью которого китайское правительство может бросить вызов гегемонии доллара на мировых валютных рынках. Ведение внешней торговли в валютах, отличных от доллара, - еще один путь к той же цели. И чем больше стран перестанут вести внешнюю торговлю в долларах, тем менее склонны будут центральные банки по всему миру держать так много долларов в своих золотовалютных резервах.
Отказ от использования доллара в торговых операциях достаточно прост. Торговые рынки и валютные рынки идут рука об руку, как перчатки. В любой международной коммерческой сделке покупатель и продавец должны взаимно договориться о валюте, в которой будет осуществляться сделка. Но этой валютой больше не обязательно должен быть доллар, как это было на протяжении почти всей послевоенной эпохи. Торговля может вестись в одной из их собственных валют или вообще в другой валюте - например, в юанях.
Это послание председатель Си постоянно повторяет, куда бы он ни поехал - от саммита ШОС в Самарканде до визитов на Ближний Восток и в Россию. При этом китайский лидер открыто ставит вопрос о том, должен ли доллар оставаться единственной резервной валютой для мировой экономики. В сегодняшних условиях постоянно растущей геополитической напряженности это вполне обоснованный вопрос. Не получится ли так, что постоянно усиливающиеся экономические санкции разрушат мировые валютные рынки так же, как они уже разрушили мировые торговые рынки?
