Пацан отлип от стены и недоуменно на меня посмотрел. Он не ожидал услышать от карты предложения о сотрудничестве. Для него это прозвучало примерно, как заявление ананаса, что тот готов дать пару советов по общению с противоположным полом. Я понял, что надо срочно заставить воспринимать себя в серьез и показать выгоды моего предложения.
— Ты знал, что у пауков есть уязвимая область?
— Нууу, их несколько. Обычно либо в голову били, либо лапы ломали, как ты. А где она еще?
— Сверху, там более тонкий хитин и какие-то важные органы прям близко к поверхности. Я это узнал, когда ломал им спины, видел же, они после этого едва шевелились. Один точный удар и все, не надо отрывать лапы, пихать внутрь ноги по пояс. Быстро и просто, если знать, куда бить. Например, если использовать карту тех же гоблинов, то один должен отвлекать паука, а второй запрыгнуть сверху и бить.
— Так они так и делали, забегали с разных стороны и ковыряли его. Иногда даже получалось, но раз на раз.
— А сверху не атаковали?
— Нет.
— А почему? — продолжал я его выводить на простейшую мысль.
— Да я откуда знаю? Видимо, не в курсе, что так можно. Вон, ты сам это только сейчас узнал.
— А ты ведь можешь отдавать им приказы во время боя.
— Естественно. Даже…
Парень замер с открытым ртом и удивленно на меня посмотрел.
— Блииин, — протянул он. — Чего-то я сразу не додумал. Ну да, направлять их можно. Обычно они и сами бьют по слабым местам, но если не знают о таких, то не станут туда атаковать. Ты прав. Синдор гад, ничего не говорил про это!
— То есть он знал и молчал?
— Да не в курсе я! — воскликнул призыватель. — Он рассказывал истории, когда использовались уязвимые точки существ, мы даже несколько раз наугад выбирали карты и представляли, как бой проходит с использованием слабых мест, каждый за свое существо играл. Но это не по-настоящему было, и он всегда мухлевал! То говорил, что так не бывает, то придумывал новые правила, когда проигрывал. А потом вообще перестал со мной так играть, только заставлял учить тактики боя. На хрена мне все-таки они нужны, если я их не использую, ну нет у меня этих карт!?
Аландор возмущенно посмотрел на меня, а я одобряюще кивнул и расширил свою мысль:
— Ну зачем он тебе теперь? Можно же нормально учиться, если вместе это делать станем. Сами разберемся с особенностями твоих карт и решим, как их лучше использовать. В своем мире мне приходилось решать подобные задачи, поэтому смогу хорошо помочь тебе. Ведь больше ни от кого ты не узнаешь эти секреты, только от одушевленной карты, которая сражается и может на месте все выяснить. Обычных же людей не пустишь на драку с существами, они умрут быстро.
Я не стал упоминать, что мой опыт в решении таких задач больше состоял из компьютерных и настольных игр, но справедливо считал, что аналитических склад ума и способность к быстрой обработке информации позволят найти оптимальные тактики сражения. Тем более у меня была прекрасная мотивация — будь полезен хозяину карты и сможешь влиять на его решения.
— Так ты прав, кажется. Говоришь логично, — задумчиво протянул Аландор, рассматривая мои травмы, оставшиеся после схватки. — Тем более, приказы ты выполняешь четко из-за контракта. Давай, я посмотрю, что этот хрыч будет дальше делать, и решу? Может и не понадобится чего-то выдумывать.
— Давай, заодно узнаешь, как он к тебе действительно относится. Если не начнет нормально учить, сразу поймешь, что он даже не собирался тебя готовить, а значит ему плевать на твою жизнь.
Сейчас я увидел огромный прогресс в наших отношениях, парень рассказал о своих планах и даже спросил одобрения. Конечно, Аландор больше формально поинтересовался, но сам факт такого построения фразы говорил о том, что я выхожу из образа ананаса и приближаюсь к образу партнера в его глазах.
Что же касается Синдора, я считал, что в ближайшее время они не наладят контакт. Слишком много было сказано сегодня между ними, слишком долго копилось взаимное непонимание и обиды. А путь, который я указал для обретения силы, вот он, совсем рядом. Увлекающаяся натура парня должна помочь ему сделать правильный выбор, не тратя много времени на обдумывание.
— Аландор, у меня время выходит, — сказал я ему, почувствовав, что осталась минута. — Как долго моя перезарядка длится?
— Два часа, — без запинки ответил парень. — Если убьют или сильно ранен, то до четырех часов растягивается. Вот сейчас на два или два с половиной часа тебя продержит в карте.
— Думаешь, сегодня еще увидимся? — я окинул взглядом небо, прикидывая оставшееся время до вечера.
— Не знаю, вряд ли, — ответил он, вставая со скамейки. — Матушка чего-то хотела еще, да и как Синдор поступит, не знаю. Да плевать! Если не будет нормально учить, сам научусь!
Я одобрительно кивнул его настрою, в последний раз поглядел на разделанного паука, который был все еще жив, но его до сих пор не отозвали и распался на искры.
