Во мне проснулся голод, и я раскрылась ему навстречу. Вскоре поцелуев нам показалось мало, и он лег на меня сверху. Позже, гораздо позже, он продолжил расспросы о моих друзьях из колледжа. Я свернулась у него на груди и вытащила простыню, чтобы укрыться. Его рука гладила мой живот, выводя небольшие круги.
Наслаждаясь, я пробормотала:
– Я давно не разговаривала с теми, кого знаю со времен колледжа.
Он поцеловал меня в плечо:
– Вы с Мэллори подружились после окончания?
Я перевернулась и посмотрела на него.
– А что?
Он засмеялся. Поднес руку к моему лицу, провел большим пальцем по нижней губе.
– Я пытаюсь узнать твою жизнь, Эмма. Я получал отчеты, но в них не говорилось, что ты чувствуешь или о чем думаешь.
– Думаю, твоя жизнь была поинтереснее.
Он закрыл глаза.
– Нет. Нет… Меня частенько избивал мой старик, но я никогда не уходил. Не хотел покидать лучшего друга и его маленькую сестренку. Они стали моей семьей. И когда их у меня отобрали, я поступил, как умел. Я избил
– Думаю, ты недооцениваешь себя.
– Я бы предпочел послушать о тебе.
Его рука скользила вниз, к моей шее и впадинке между грудями. Я закрыла глаза. Он обхватил одну грудь и принялся ласкать ее. Я прошептала:
– Я встретила Мэллори на первой работе после школы. Потом меня взяли в «Ричмонд», и я снова нашла Аманду.
– Расскажи еще.
Он переместился ниже, чтобы поцеловать мои груди. Меня переполнило возбуждение.
– Эм… Мы много говорили о парнях. Все трое. У Мэллори было много парней. Бен за ней бегал, но она никогда ему не уступала. А Аманда… – у меня перехватило дыхание, когда он провел языком по нижней части моей груди. – Гм… Аманде нравились зануды. Она сказала, ее обрек на это бесхарактерный отец.
Он продвинулся еще ниже, к животу. Мои пальцы вцепились ему в волосы. Я ахнула, не в силах вымолвить ни слова. Жажда между ног росла с каждым прикосновением.
– Значит, тебе было с ней весело?
Его рука переместилась к моему бедру, и он толкнул меня на бок.
После этого он устроился позади меня. Поднял одну ногу и проник между ними. Обхватил меня и прижал к груди. А потом начал тихонько двигаться во мне. Я не могла говорить. Ощущения были ошеломляющие.
Поцеловав, он прошептал на ухо:
– Расскажи о вашей дружбе.
Я ловила воздух ртом, пытаясь сосредоточиться.
– Мы смеялись над нашими парнями. И Беном.
Он вошел глубже. Закрыв глаза, я откинула голову. Он взял медленный темп. И хрипло прошептал:
– Почему вы смеялись над ним?
– Потому что он смешной.
Я потеряла дар речи. Я могла только лежать, пока его пальцы блуждали по телу, а бедра вдавливались в меня.
– Картер…
– В чем дело?
В его голосе слышалось веселье. Повернув голову, я поймала его взгляд. Его глаза потемнели, и меня охватил первобытный голод. Оттолкнувшись от его бедер, когда он выскользнул, я стала поворачиваться, но Картер удержал меня за талию. Он поднял меня над собой и в то же мгновение вошел. После этого слов не осталось. Я выгнулась над ним, прижимаясь к нему грудью, пока наши бедра плясали в бешеном темпе.
Позже, после того как мы одновременно кончили, я по-прежнему лежала на нем, свернувшись в клубочек. Он расчесывал мои волосы, скользил руками по телу в нежной ласке и снова возвращался к волосам, повторяя то же движение. Я уже засыпала, когда мне в голову вдруг пришла мысль.
– У тебя есть люди, наблюдающие за Амандой?
Его рука на секунду сжала мне грудь. Затем расслабилась.
– Нет. Ты беспокоишься за нее?
– Нет.
У меня не было причин. Я посмотрела на него:
– Можно я приглашу ее на один вечер в «Октейв»? Было бы весело.
– Ты можешь пригласить ее куда захочешь.
В его взгляде появилась легкая печаль. Мое сердце сжалось.
– Что случилось, Картер?
Он грустно улыбнулся:
– Я рад, что у тебя есть хороший друг. Жизнь со мной одинока. Я беспокоюсь о тебе, когда уезжаю.
– Тебе никогда не нужно обо мне волноваться.
Он сжал мои руки:
– Я беспокоюсь. И всегда буду беспокоиться, потому что люблю тебя. Я никогда не стану контролировать тебя, Эмма. Ты можешь сама принимать решения и ходить куда хочешь, я не буду перечить. Но мне нужно, чтобы ты знала, что я беспокоюсь о тебе, потому что люблю тебя. Я хочу твоей безопасности. Я всегда буду хотеть, чтобы ты была в безопасности, не важно, с кем ты или что делаешь.
У меня перехватило дыхание от его пристального взгляда. Никто так не смотрел на меня с тех пор, как ЭйДжей сказал мне уйти, в том переулке, когда пришел Томино. Это был последний раз, когда я чувствовала настолько сильную любовь, как сейчас от Картера. У меня не было слов. Я не знала, как выразить свои чувства, поэтому просто наклонилась к его губам. Вскоре мы оба снова стонали. Я была дома. Там, где следует.
