— Если ты просто не считаешь меня привлекательной, это… это нормально. Бывает, — это не нормально, но произнести этого вслух она не может. — Но если… если я не очень хороша в сексе или типа того, я могла бы попытаться… ну, знаешь… стать лучше? Ты мог бы показать мне, как доставить тебе удовольствие.
Бен начинает смеяться, и Рей на мгновение кажется, что это невероятно жестоко, прежде чем понимает, что он тоже плачет.
— Рей, — говорит он. — Я… Я люблю тебя. — Он улыбается и слегка пожимает плечами, и Рей чувствует, как напряжение её отпускает, хотя неуверенность в себе, унижение и мысли о том, что она его не удовлетворяет, всё ещё занимают её разум. — Мне нравится быть с тобой. С тобой мне невероятно хорошо, просто здорово, намного лучше, чем… — глядя на свою руку, он усмехается.
— Но, — начинает она сконфуженно. — Тогда почему ты не издаёшь эти звуки при мне? — в конце её голос слегка надламывается.
Бен выглядит совершенно сбитым с толку.
— Потому что… — он запинается. — Потому что мужчины не… мужчины не скулят и не хнычут, Рей. Это… это просто унизительно, — он снова краснеет, и у Рей голова идёт кругом, но она хочет его выслушать. — Мне говорили… в прошлом… что это очень, очень непривлекательно, когда парни издают подобные звуки, и мне очень трудно этого не делать, особенно когда я с тобой, — признаётся он.
Рей открывает рот в изумлении.
— Ты что, прикалываешься надо мной? Бен, — Рей придвигается чуть ближе к своему парню, она до сих пор не дотронулась до него и теперь не может этого вынести. Бен, который обычно невероятно уверен в себе и полностью сдержан, который буквально образец контроля, сейчас дрожит. — Я обожаю, когда ты издаёшь звуки, я отчаянно нуждаюсь в них. Не знаю, что за сука сказала тебе иначе, но… Бен… Всё в тебе… — она дрожит. — Я обожаю в тебе всё, и я хочу знать, хорошо ли тебе со мной. Разве тебе не нравится, когда из-за тебя я задыхаюсь? — выглядя потрясённым, Бен кивает. — Не нравится, когда из-за тебя я срываюсь на крик, когда без конца повторяю твоё имя? Когда ты понимаешь, что мне так хорошо с тобой, что я ничего не могу с собой поделать?
Рей прижимается к Бену, кладёт руки ему на бёдра, касается носом его носа, и он нежно целует её, шепча ей в губы «нравится».
— Я хочу, чтобы тебе было хорошо, — говорит она. — Хочу, чтобы ты отпустил себя, хочу, чтобы ты доверился мне.
Бен кивает, и Рей мягко толкает его в грудь, загоняя обратно в кровать. Широко распахнув глаза и с изумлённым выражением лица, он охотно падает на спину.
У неё не занимает много времени стянуть с Бена боксеры и обнажить член, который тут же становится твёрдым чуть больше, чем наполовину, едва она обхватывает его рукой.
Обычно Бен не позволяет ей прикасаться к себе вот так, предпочитая самостоятельно довести член до полной твёрдости, и кончает внутрь неё, спрятав лицо, лишь после того, как доведёт её до оргазма по крайней мере дважды.
Но теперь он позволяет ей к себе прикоснуться. Член до сих пор слегка влажный, и на тумбочке она замечает бутылку смазки, которую прежде не видела; обычно они в ней не нуждаются. Она выдавливает себе в ладонь немного и проходится по члену несколько раз, пока он не становится достаточно скользким и движения её руки не начинают сопровождаться влажными звуками.
Она видит, как лицо Бена напрягается, и он закрывается от неё. Его руки сжимаются в кулаки.
— Бен, — тихо зовёт она, — посмотри на меня.
Открыв глаза, Бен моргает, глядя на неё. Свободной рукой Рей касается его лица, и Бен хнычет, позволяя ей себя успокоить. Он сдерживает очередной тихий стон, вместо этого издав разочарованный скулёж.
— Ты всё ещё сдерживаешься, — говорит она. — Прекрати. Всё нормально. Это же я, и… — Рей глубоко вздыхает. — Таким ты мне очень нравишься. Я люблю тебя.
Бен стонет, она никогда прежде не слышала, чтобы он издавал подобные звуки, и от этого у неё в животе разливается жар. Она начинает двигать рукой быстрее, сжимая член сильнее.
Бен начинает скулить, его щёки пылают, а губы блестят, когда он прижимает подбородок к груди, чтобы посмотреть, что Рей с ним делает. Толкаясь бёдрами вверх, он продолжает хныкать, стонать.
Он очень шумный. Шумнее, чем другие парни, с которыми она была, такой же шумный, как в лучших видео с соло мастурбацией, которые она смотрела на порнхабе. Его голос звучит так, словно ему больно, но осознание, что эти звуки вызваны именно удовольствием, пьянящее и восхитительное.
Одной рукой Бен сжимает простыню, а другой стискивает бедро Рей.
— Аххх… Ах… Аххххх… Рей! — скулит он, и звуки, срывающиеся с его губ, прямо-таки смущающие, но она никогда в жизни не возбуждалась настолько. — Ахххххх, — стонет он. — Блять…
— Вот так, — шепчет она ему на ухо. — Ты звучишь так хорошо, что я уже вся насквозь промокла.
Бен порывается скользнуть рукой ей между ног, но она ему не позволяет.
— Не-а, — с улыбкой говорит она.
— Блять, — выдыхает он, закрывая глаза.
— Смотри на меня, — напоминает она ему, и Бен повинуется, и снова не сдерживает стона, когда она крепче сжимает член.
