Застав Сергея Сергеевича на месте, я попросил его дать распоряжение подготовить моторную лодку для поездки на остров. Минут через двадцать мы уже были на берегу озера, где находилась одна из охотбаз и стояла вместительная моторка. У мотора сел егерь базы Павлов, и мы вчетвером отправились в сторону острова, находившегося ближе к противоположному берегу.
До острова по прямой было не больше двух километров, но озеро, особенно от берегов, было густо покрыто массивами сплошных камышей и небольшими островками, так что приходилось все время менять направление, лавируя между этими препятствиями.
Мерно стучал мотор... Справа и слева от нас проплывали стены камыша, откуда время от времени с кряканьем поднимались утки. Иногда из зарослей камыша выскакивали выводки лысух. Быстро и громко хлопая по воде крыльями, они пересекали нам путь и скрывались в таких же зарослях.
Наконец мы выбрались из камышей. На чистой воде озера отдыхали многочисленные стаи уток. Не подпуская лодку на расстояние выстрела, они с большим шумом снимались с воды и, сделав полукруг, опускались вновь на воду сзади или в стороне от нас. Кажется, впервые в жизни при виде этого обилия дичи меня не захватил охотничий азарт, и я продолжал думать о деле, которое привело меня сегодня на это озеро.
Я знал остров, к которому мы следовали. Он среди охотников бытовал под названием Глухой. Для охоты он никакого интереса не представлял, так как весь зарос лесом и можжевельником и окружен почти сплошной стеной камыша. В теплое время изобиловал комарами.
Павлов подвел моторку к тому месту, где была обнаружена лодка Зимина. Высадившись на берег, мы прошли еле заметной тропкой метров восемьдесят и остановились почти на самом краю острова.
— Здесь... — произнес Сергей Сергеевич, давая понять, что мы пришли на место.
Я и сам догадался об этом. Дальше в нескольких шагах песчаная оконечность острова, плавно опускаясь, уходила под воду. Сразу же от мыса острова среди камыша была небольшая заводь длиною метров сто и шириною метров тридцать-сорок.
Откуда бы ни подул ветер, в этой заводи всегда должно быть тихо и спокойно.
«А неплохое местечко! — подумал я, глядя на заводь. — Сюда в ветреную погоду, наверное, любят залетать утки и отсиживаться на тихой воде. Может быть, эта заводь и заманила сюда Кузьму Ивановича?» Но, осмотревшись внимательнее, я сделал заключение, что охотиться здесь можно только при наличии хорошей собаки, которая бы подбирала с воды убитых уток, или же имея при себе небольшую резиновую лодочку.
Полюбовавшись заводью, я стал внимательно знакомиться с местом происшествия. Полянка представляла собой площадку почти круглой формы, диаметром около восьми метров, окруженную низкорослым можжевельником и покрытую густой пожелтевшей травой. В сторону заводи верхушки кустов были срезаны и не превышали одного метра. На противоположном конце поляны росла высокая сосна с гладким толстым стволом. Правее от нее — место для костра, там все еще лежала охапка сухого валежника. В одном месте трава была сильно помята и имела коричневато-ржавый оттенок.
«Здесь была лужа крови»... — подумал я, глядя на это место.
Попросив своих спутников быть осторожными и внимательными и разъяснив им, что мы должны самым тщательным образом обыскать полянку, я вместе с ними приступил к поискам. Сторож, ползая, как и мы, на коленках, выстригал ножницами траву, а мы тщательно перебирали ее и рассматривали обнажавшуюся землю. Наши поиски увенчались успехом. Там, где трава была смешана с остатками крови, хвои и земли, я нашел два войлочных пыжа и одну картонную прокладку, но... 12-го калибра!
Это была яркая двухцветная прокладка: одна сторона имела синее, а другая зеленое поле с золотистыми линиями.
Я знал, что слабо спрессованные войлочные пыжи 12-го калибра можно вставить в гильзу 16-го калибра, но с картонной прокладкой, не нарушая ее целости, этого проделать невозможно. К тому же найденная прокладка не только по калибру, но и по своей расцветке не имела ничего общего с одноцветными желтыми прокладками, находившимися в патронах Зимина.
«Значит не то», — подумал я, вновь принимаясь за поиски. Через некоторое время были найдены еще два пыжа и одна картонная прокладка. Беглого взгляда было достаточно для того, чтобы убедиться в том, что найденное точно соответствует тому, чем снаряжались патроны Зимина: тот же калибр, та же расцветка. Мы выстригли траву на всей полянке, по-пластунски исползали и обшарили ее и, лишь убедившись, что все возможное нами сделано, прекратили поиски.
Узнав, что мы задержимся на острове еще некоторое время, Сергей Сергеевич с егерем Павловым на моторке отправились к ближнему берегу, где находилась избушка егеря Волкова. Уснул под сосной сторож, утомленный ползаньем и выстригиванием жесткой травы. Через час вернулся Сергей Сергеевич с Павловым и Волковым, которые сразу же приступили к приготовлению ухи из привезенной ими рыбы, а я все сидел на краю поляны и упорно пытался разобраться в том, что я имел в материалах дела, и в том, что я нашел на полянке.
