Поэтому давай садись около меня, откинься на эту черную подушку, которой так много лет пользовались мои фавориты. Видишь, на ней вышито большое красное создание, которое нравилось вашей собственной Королеве. Я всегда держу ее рядом с собой, чтобы ее бессмертие коснулось моего собственного. На ней часто лежала Седая Странница, на том же самом месте, опираясь спиной туда, где отдыхает теперь твоя спина. Она лежала на ней – но мы никогда не прикасались друг к другу. Прикасание означало бы нарушение ее клятв, и как же она тогда могла бы оплакивать меня, когда я умру?
А сейчас она живет в пещере высоко в горах и думает, что я не знаю где она. С той горы ей виден дворец, а я могу видеть эту гору с башен-близнецов, так что есть между нами, кроме воздуха?
Она говорит, что не будет разговаривать со мной, потому что я встречаюсь с мужчинами с неба. Она говорит, что их любовь холодна, бесплодна и лжива. Но я не так глупа и я также знаю, что когда наступит время, она придет и будет оплакивать меня, потому что она никогда не отказывалась от своих клятв. Она – плакальщица. Она – Плакальщица Королевы.
– В КАКОЙ ПЕЩЕРЕ? ГДЕ?
– Не торопись убегать на ее поиски. Еще не время, А'рон. Ты найдешь в той пещере не то, чего ждешь. Сначала выслушай мой рассказ. Поверь в его правду, и тогда я разрешу тебе уйти.
Мы будем здесь сидеть, только двое нас, пока пальцы теней мира коснутся наших пальцев, и кончится рассказ.
Я люблю это время, конец дня, когда мир между светом и тьмой. Оно заставляет меня вспоминать. У королев долгие воспоминания, А'рон, и я хотела бы дать волю моим.
– ВЫ НЕ БОИТЕСЬ МОЕЙ ЗЛОСТИ?
– Время не обостряет злость, А'рон. Оно притупляет ее. То, что ты чувствуешь – не злость, а глубокая печаль. Горе. Мы – люди, понимающие горе. Я не боюсь тебя. А ты меня боишься?
– Я НЕ ПОНИМАЮ.
– Твоя Линни так изменилась, что ее нельзя любить. Она теперь старая, старая женщина. А ты и я почти не состарились. Однажды ты в страхе убежал от моей постели, теперь ты убежишь от ее постели. У меня теперь нет к тебе интереса. Хотя лицо у тебя все еще такое привлекательное, между глазами слишком широкое расстояние, мне это не нравится. Я предпочитаю своих, более простых мальчиков, а пятьдесят лет – или пять – достаточно долгое время, чтобы вкусы определились.
– ТАК ВЫ ЗНАЕТЕ ОБ ИЗМЕНЕНИИ ВРЕМЕНИ?
– Королева знает все. Я знаю прошлое, настоящее и будущее. Я так ясно вижу, что вижу тени. Ты знаешь, что меня зовут Королевой Теней?
– Я СЛЫХАЛ ОБ ЭТОМ.
– А почему, ты думаешь, меня так зовут?
– НАВЕРНОЕ, ПОТОМУ, ЧТО ВЫ СИДИТЕ В ЗАТЕМНЕННОЙ КОМНАТЕ, КАК СТАРАЯ КРУЖЕВНИЦА, ПЛЕТУЩАЯ ИЗ ТЕНЕЙ ПАУТИНУ ОБМАНА.
– Нет, это было бы слишком поэтично. Так рассуждают плакальщицы. Я – не метафора. Я – Королева. Но, конечно, эта комната, в которой я сохраняю темноту, питает сплетни и сохраняет живым мое имя. И все же меня так зовут не поэтому.
Кое-кто говорит, что это потому, что я, последняя из Королев, бесплодна. Мое чрево пусто, как пещера на горе. Мои дети – это только проплывающие тени. А мои братья и кузены слабо сеют. Даже их дети – девочки – старятся. Они не королевского рода.
Значит, это верно, что я правлю во времена теней. Потому что нас закрыли тени больших кораблей, которые привезли вас сюда, чтобы изменить всю нашу жизнь.
– МЫ НЕ ПЫТАЛИСЬ МЕНЯТЬ ВАШУ ЖИЗНЬ. МЫ СТАРАЛИСЬ БЫТЬ ОЧЕНЬ ОСТОРОЖНЫМИ В ЭТОМ ОТНОШЕНИИ.
– Вы здесь, А'рон. Этот факт сам по себе приносит изменения. Вот мои люди и становятся своими собственными тенями под руководством наставников со звезд.
Но еще и не поэтому меня зовут Королевой Теней. А из-за истории, которую я расскажу, из-за лжи, которую я превратила в правду, чтобы удержать около себя ту, которую я любила больше других, Седую Странницу. Она мне верила, все время зная, что то, что я сказала ей – неправда. Я поступила так, потому что она была мне так дорога, не задумываясь, что для нашего мира было бы лучше. И эта ложь, ставшая правдой, сделала наш мир проклятым. Я знаю, нас нельзя спасти. Мы изменились до неузнаваемости. Я по-настоящему Королева-тень, как та сумасшедшая королева из сказки, в честь которой я названа. Той, которая так желала увидеть свое отражение – а ведь именно для этого, знаешь, существуют плакальщицы: озера, в которых появляется отражение. Когда-то я думала, что они делают четкое отражение, но это не так. Старая сумасшедшая Королева желала своего собственного изображения, отказавшись от того, которое ей предлагали. И этим предала свое королевство. О, такую историю я сумела бы рассказать.
Теперь дай мне твою руку. Мое прикосновение больше не обожжет тебя. Видишь ли, ты начинаешь стареть, небесный путешественник. Какая у меня рука? Один из ваших, тот, высокий и суровый, по имени Хоп'нор. Он сказал мне, что некоторые в вашем мире верят, что линии руки можно читать, как читают карту, так отпечатаны в них уходы и приходы. Но когда я попросила его прочесть мою руку, он не смог, потому что на моей ладони совсем нет линий. Видишь? Это потому, что Королева сама пишет свою историю и эту историю может прочесть только сама Королева.
