… Он приходил за мной, отрывая от тканья холстов, от вышивания, от очага, от всего того, что должна знать и уметь хозяйка дома, уводил, давал в руки меч и ставил против себя. Это было тяжело, и больно, и страшно, и синяки и ссадины не заживали месяцами, и он никогда не ругал и не хвалил меня, но раз за разом я поднимала меч немеющими руками и кивала ему: «Начнем»…
— Может, ему просто больше некого было учить.
Эрл смотрел на сгрудившихся вокруг площадки мужчин.
— В любом случае, — сказал он наконец, но как-то издалека, словно думал о своем, — у вас нет настоящего оружия. Луки хороши, но не в ближнем бою.
— Идем со мной.
Оружейная была пуста уже многие десятки лет: столько, сколько Гавань не воевала. Но теперь…
Я откинула мешковину. Эрл быстро наклонился и присвистнул:
— Боги! Что это?
Меч стал продолжением его руки — смертоносным и прекрасным продолжением. Эрл коснулся его с нежностью, словно ласкал кожу любимой женщины. Отступил, рассекая затхлый воздух быстрыми взмахами, — меч взлетел и опустился в его руку, как охотничий сокол…
Когда капитан обернулся, худое его лицо сияло.
— Откуда такое богатство, леди? Это же долматцы… Откуда эти мечи?
— Последнее золото Гавани и несколько месяцев опасного пути. Это получше деревянных мечей, капитан? Ты будешь учить моих людей?
Он тряхнул головой, откидывая назад длинные прямые пряди волос.
— Да я и не отказывался… Идем к Дэйву.
Увидев меня, лорд сделал попытку приподняться на постели и растерянно улыбнулся:
— Прошу прощения, леди…
У него было очень приятное лицо и красивая улыбка. Я слегка смутилась под его заинтересованным взглядом.
— Как вы себя чувствуете?
— Совсем неплохо… благодаря вашей заботе и хлопотам леди Ильмы.
Он оглянулся. Ильма была тут как тут — сидела, слегка зарумянившись и не сводя с него сияющих глаз.
— Что вы, лорд, какие хлопоты…
— Я пока не могу отблагодарить вас за все, что вы сделали для нас, но вы можете полностью положиться на моего капитана. Он опытный воин и отличный офицер. Я без колебаний бы доверил ему свою жизнь и жизнь своих людей.
Чувствуя, как у меня запылали щеки, я посмотрела на Эрла. Он сидел в углу и переводил внимательные глаза с меня на Дэйва. Наверняка давно разгадал наши опасения и рассказал о них своему другу…
— Мы недолго будем злоупотреблять вашим гостеприимством. Дайте время поджить ранам, утихнуть бурям — и мы вас оставим. Но до того никто не будет даром есть ваш хлеб…
Даже этот недолгий разговор утомил его. Я встала.
— Никто не гонит вас отсюда. Гавань готова принять любого, кто не таит зла. Выздоравливайте, лорд!
Дэйв, слабо улыбаясь, опустил голову на подушки.
— Учтивая речь… Благородная дочь благородного отца…
Я невольно взглянула на Эрла, ожидая увидеть знакомую усмешку. Тот глядел на лорда серьезно, будто пытаясь что-то понять.
Капитан взялся за нас всерьез, обучая наравне со своими бойцами. На тренировки лучников сходились и женщины — многие владели этим искусством с детства, удивляя даже опытных воинов Эрла. Но восхищение вызывало не только это…
Через несколько дней я отозвала офицера в сторону.
— Проследи за своими людьми, капитан. Я не хочу, чтобы они вели себя как стадо жеребцов!
Он скривил губы:
— Сама блюдешь верность неизвестно кому и отказываешь в радостях другим?
— Если женщина пойдет с солдатом по своей воле — это одно. Но если кто-то посмеет взять ее силой, пусть побережет свое мужество!
Эрл усмехнулся:
— Надеюсь, это буду не я.
— Я не шучу!
— Я тоже. Похоже, твой Порджес готов это сделать прямо сейчас.
Я невольно оглянулась — на другой стороне площадки высился Порджес, неотрывно наблюдавший за нами.
— Ревнует, — сказал Эрл, кивнув на него острым подбородком.
Я поморщилась.
— Не мели чепухи! Меня — к тебе?
— Ну не наоборот же… И он прав! Сейчас, когда многие владения стерты с лица земли, найдется немало лордов, охотно бы на тебе женившихся. Взять хотя бы Дэйва…
Я с изумлением взглянула на него:
— Дэйв смотрит совсем в другую сторону!
— А ты хотела бы, чтоб в твою? — тут же прицепился Эрл. Я промолчала. В присутствии Дэйва я чувствовала себя неуклюжей деревяшкой — именно потому, что он был мне приятен.
— А ты ему понравилась…
Удивление, прозвучавшее в его голосе, неожиданно больно меня задело.
— Вот странно-то, да? — бросила я, уходя с площадки.
Я стояла на самом краю головы Дракона — в сезон бурь ее захлестывало волнами, но сейчас морозное море спало, и лишь колючий ветер трепал мои волосы.
Я сразу перепрыгнула из детства, где меня звали Драконовой дочкой, в юность, где моими спутниками были лишь пожилой Рогнар да мрачный Агнор. Я просто не заметила поры, когда девочка превращается в девушку, с первыми ее влюбленностями, улыбками, кокетством… Я и сейчас не ощущала себя женщиной: Владетельница, воин, проводник — не меньше, но и не больше. Иногда казалось, что я превращусь в старуху, так и не узнав, что была женщиной…
Услышав, как кто-то спускается по крутой тропке, я вздохнула. От этого человека нигде мне не было спасения.
— Я не хотел тебя обидеть, — сказал Эрл мне в спину.
