Усмехнувшись, друг хватает мою руку, и мы прыгаем в воду. От неожиданности я не успела сгруппироваться и «вошла» в воду солдатиком. Вода не такая холодная, как я думала. Дюк смеется, брызгая в меня водой.
— Не такого я хотела, — сообщаю я, подплывая ближе к парню. — Эффект неожиданности у тебя в норме.
— Ты расслабилась? — смеется он. — Как настроение? Мания к убийству пропала?
— Ага, — киваю я, — конечно. Нужно выходить…
— Вы спятили? — говорит хрипловатый голос сверху. — Вода холодная, вылезайте.
— Дюк, ты тоже слышишь голос зануды? — спрашиваю я и отплываю. — Пока.
— Гвен, вернись! — приказывает Дюк.
Лежа на спине, отплываю, как можно дальше. Музыка из-за воды слышится слабо, а разговоры студентов вообще не слышны. Так хорошо мне не было никогда.
— Приветики, — говорю я, проплывая мимо целующейся Евы.
— Ты куда? — смеется сестра, провожая меня взглядом. — Бэсфорд?
От знакомого имени возвращаюсь в исходное положение, чтобы удостовериться, что парня нет рядом. Как только замечаю его, разворачиваюсь и плыву быстрее, но он обгоняет меня и встает на пути. Делая вид, что никого нет, отплываю в сторону.
— Не плыви за мной, — предупреждаю я, продолжая движение к скале. — Ищи новую пассию для утех.
— Ревнуешь? — спрашивает он и плывет рядом. — И так знаешь, что мне нужна только ты.
— У меня есть парень.
Обогнав меня, Фейн встает на ноги, и я понимаю, что здесь можно стоять. Мокрая футболка прилипла к его телу, делая акцент на прессе. Слегка отплываю назад, чтобы отдалиться, но глаза никак не могут прекратить смотреть на парня, который зачесывает челку назад. По татуировке Джокера стекают капельки воды, и я встаю на ноги. Глубина небольшая, поэтому здесь мне по шею.
— Ты не уплываешь, — говорит он, и я часто моргаю. — Все это просто объяснить.
Он осторожно подходит ко мне и становится напротив.
— Я устала, — сообщаю я. — Отдышусь и продолжим.
Посмотрев на мои губы, Фейн приблизился настолько близко, что я ощущаю тепло от его тела. Дыхание становится неравномерным, и он наклоняется к моему лицу, пока я изучаю его взгляд.
— Продолжим, что? — спрашивает он, и я теряюсь, ощущая его ладонь на бедре. — Ты бегаешь не от меня, а от чувств.
Его губы аккуратно касаются моих, но я не реагирую, пытаясь сдержаться. Нужно думать о Роджере, только о Роджере! Бэсфорд поднимает мою ногу, а затем я смещаю ноги вместе, чтобы обхватить его тело. Оказавшись на нем, чувствую, что мы отплываем подальше. Голова кругом.
— Будь моей, — просит он шепотом. — Прошу.
Я начала это. Я медленно обхватила его нижнюю губу, и мы снова целуемся. Пожар в животе разгорается с высокой скоростью, когда его ладонь проникает между ног. Я отстраняюсь и смотрю сквозь толщу воды, но ничего не видно, тогда возвращаю взгляд на его приоткрытые губы. Потирая пальцем клитор, он наблюдает за моей реакцией, которая не может сопротивляться процессу. Я постанываю, опрокидывая голову назад, и Бэсфорд прекращает.
— Ты чего? — спрашиваю я с испугом, и он мягко улыбается. — Кто-то смотрит?
— Поехали со мной, — говорит Бэсфорд, и я часто киваю.
Выйти из воды оказалось легко, а вот уехать не очень. Дюк разводил руками и спрашивал, куда мы собрались. Ответить я не смогла, поэтому Бэсфорд взял ситуацию в свои руки и сказал, что отвезет меня домой.
Впервые за долгое время я вернулась в его дом; здесь ничего не изменилось, и это радует. Картины его матери теперь висят повсюду. Шагая по лестнице, замечаю тот портрет, который нарисовала для меня Маргарет.
— Ты оставил его, — говорю я, и Бэсфорд со слабой улыбкой тянет мою руку дальше. Открыв дверь в свою комнату, он идет к шкафу, пока я осматриваюсь, ощущая «дежавю».
— Вот, — Бэсфорд тянет свою белую рубашку, — переоденься.
Выполнив поручение, медленно шагаю по комнате, рассматривая фотографии, которых раньше здесь не было. Мистер Фейн, Маргарет, Бэсфорд и Ланфорд мило улыбаются, смотря прямо в камеру. Так жаль, что мистер Фейн не смог побыть подольше с сыновьями, это действительно очень грустная история.
Присаживаюсь на край кровати и оборачиваюсь. Бэсфорд стягивает с себя мокрую футболку, а затем медленно подходит ко мне и тянет руку, я поднимаюсь, часто моргая. Присев на кровать, он сажает меня к себе на колени.
— Я люблю тебя, — говорит он, убирая прядь волос. — Я не изменил в отношениях только тебе, Гвенет.
— Я знаю, что до Греты ты уже… «коллекционировал» девушек.
— Если хочешь, я расскажу тебе все, только не убегай. Ты же чувствуешь это.
— Чувствую, что?..
— Меня, — говорит он, касаясь кончиками пальцев моего бедра. — Я не верю, что ты ничего не испытываешь ко мне.
Так странно, но я не могу думать, ни о ком кроме Бэсфорда. Мне безумно хочется, чтобы он касался меня без остановки.
