– Ну это же совсем другое! Айзек любил меня с детства – я просто не видела у него других взглядов. И потом, знаешь же, как говорят – соринка в чужом глазу и всё такое.
– Ладно, соринка, давай опустим эту тему. Слишком много чести для Мистера румына. Вечереет. Нам пора собираться в клуб.
– Даже не надейся, что я забуду этот разговор, – пригрозила мне Кайл, поднимаясь на ноги и отряхивая зад от песка.
Я только закатила глаза. Вот жеж…подруга.
Глава десятая
Дани
– Напомни ещё раз, что это за клуб?
– Хороший, Кайл, – отозвалась я терпеливо, крутясь перед зеркалом, – У нас на острове развлечений не то, чтобы много, но достаточно. Больше всего – в Виктории, потому что город ориентирован на туристов. Бары, кинотеатры, клубы. Всё – просто высший класс. Ещё, конечно, университет с самой лучшей программой по курсу океанологии. Его я, к слову, и окончила. Но не думаю, что ты захочешь провести этот вечер, путешествуя по воспоминаниям моей молодости.
– Я просто не то, чтобы часто бываю в таких местах. Вот и переживаю, – призналась подруга, прикусывая губу.
Я повернулась к ней с улыбкой:
– Не волнуйся. Мы с Джек забронировали для нас отдельную кабинку, чтобы можно было посидеть спокойно и поговорить без лишних глаз и ушей. Захотим – будем танцевать и пить, захотим – просто потусим и разойдёмся по домам, как пенсионеры.
– Какая ты злая, – надулась Кайл.
Да – я порой любила пошутить над её образом жизни. Блондинка была домоседкой до мозга костей – она могла не вылезать из родных стен неделями, если бы не работа. Хотя, с другой стороны, когда столько времени проводишь в автобусах, самолётах и отелях, любую свободную минуту будешь посвящать дому.
Джек, которая в эту минуту вышла из своей спальни, нетерпеливо цокнула:
– Ну, вы тут долго ещё будете собираться? Дани, сколько можно вертеться перед зеркалом? Как будто ты не знаешь, как твоя задница смотрится в шортах – ты ведь из них практически не вылезаешь! Просто меняешь парадные на домашние или рабочие.
– Ты тоже это заметила? – улыбнулась Кайл.
Вторая моя подруга на это только хмыкнула:
– Милая, я живу с ней уже не первый год. За это время я изучила эту барышню, как облупленную. Сейчас, например, она всерьёз размышляет о том, не бросить ли нас здесь, уйдя веселиться с твоим парнем, – добавила Джек, заметив выражение моего лица.
Я фыркнула:
– Вот ещё! Айзека я тоже тут с вами запру! Нужен он мне в клубе, как рыбе – зонтик! Только будет портить мне охоту на мужчин.
– О, а ты что, намерена сегодня поохотиться? Помнится, когда ты в последний раз кого-то подцепила – это оказался твой новый босс, – поддела меня Джек.
– Ну, не может же мне вечно так не везти, – развела я руками в стороны, – И вообще – давайте уже поедем. Айзек не будет забалтывать таксиста вечно.
И действительно – когда мы спустились, брюнет с самым серьёзным выражением лица заявил, что водитель вот ровно за секунду до этого момента собирался нас бросить. При этом понять, врал он или нет, было невозможно – он даже бровью не повёл, никак не выдавая своих мыслей. Чёрт, из Дэвиса вышел бы идеальный игрок в покер! Блеф – это его всё.
До клуба мы добрались относительно быстро, весело переговариваясь и предвкушая предстоящее веселье. Только Айзер ни на секунду не выходил из своего образа сурового и собранного менеджера. Не спасали даже обычные джинсы и белая футболка – его выдавал сосредоточенный взгляд тёмных, почти чёрных глаз. Он явно собирался весь вечер подрабатывать телохранителем своей девушки – и, возможно, нас с Джек. Так, чисто за компанию.
У входа нас остановил охранник – суровый такой детина.
– У нас бронь. На имя Даниэллы Харрис, – спокойно произнесла я, пока бугай сканировал нас всех взглядом, пытаясь решить, прошли мы дресс-код или нас стоило всё же развернуть.
Услышав моё имя, охранник моргнул, словно вспоминая что-то, а после складка на его лбу разгладилась, и он кивнул.
– Проходите. Хорошего вечера, мисс Харрис, – бросил он нам вслед.
– И что это сейчас было? – поинтересовался Айзек, – Твоё имя на всех так действует или только на него?
– Это не моё имя, а имя моего отца, – хмыкнула я в ответ, – Харрисы кучу денег вложили в развитие этого города. Один заповедник чего стоит. Территориально он, конечно, к Виктории не относится, но все туристы, которые останавливаются у нас, вечера проводят в Виктории. Мой отец для них – чуть ли не святой.
– Святой Томас Харрис, – хихикнула Джек, – Можно мне иконку с его ликом? Повешу над кроватью.
– Во-первых, это некрасиво и неуважительно к религии, – отметила я, пока мы шли к своей кабинке, – А во-вторых – фу! Мы же говорим о моём отце!
– И что? – пожала плечами подруга, – Он – классный мужик. Я же не сказала, что хочу его В свою кровать. Только НАД кроватью. Твой извращённый мозг всё додумал за тебя сам.
– Ой, всё, – отмахнулась я.
