Герхард отвернулся от окна и отошел к столу. Кадэнс наоборот села на подоконник. Слов у нее не было, в глазах стояли слезы. Она по-новому увидела Герхарда. Не могучим магом, взявшим ее в плен, изменившим ее суть и даровавшим ей новую жизнь... Но ребенком, умирающим и оставшимся в одночасье в одиночестве. Почему-то, эта, открывшаяся сторона мага - пленила ее еще больше.
"...Мне понадобилось немало времени, что бы разобраться в произошедшем. В первые годы - мне помогал единственный оставшийся с военных времен друг деда: Отто фон Крамер. Тоже рыцарь Врилл, хотя и самый молодой из них, на момент конца войны. "Оруженосец" деда, и такой же, идеалист. Этого называли "Галахадом".
С его помощью - я и стал магом. Собственно, первым делом мы постарались понять что это за печать. Ритуал, который использовал дед - я нашел только недавно. Многое стало понятно. В принципе, наверное, это был единственный на тот момент выход: я - действительно был уже мертв. Грехи - уже обрекли меня. Оживить меня другим способом - просто не получилось бы. Он - пошел на сделку с Древними, отдав им в жертву себя и всех, кто погиб в этот день. Вместе с тем - он вернул меня, дал мне могущественную защиту... И время, что бы я смог разрушить Сделку. Тогда же, мы поняли только одно: эта Печать закрывает Врата ведущие в Бездну Древних. То сумеречное пространство, в котором находятся вне времени и привычной нам реальности Древние. Или Древний. Или их отражения... Честное слово, Кадэнс - я и сейчас плохо представляю себе что там. Я даже не знаю, что случилось с душами тех, кого туда затянуло... И честно говоря, лелею надежду, безумную, бессмысленную, что однажды я смогу не только расторгнуть эту Сделку, но и вернуть души родных.
Да, возвращаясь к нашим, с Отто, изысканиям: мы поняли что эта Печать запечатывает Врата. Кроме того - она канализирует любое направленное на меня колдовство, перенаправляя поток все в ту же бездну. Не все, не всегда полностью, но.... Кроме того, Печать ощущают все сверхъестественные существа и люди, которым, так сказать, по роду деятельности, положено ощущать такие вещи. Большинство духов - ее откровенно боится. Чуть позже - я научился с ней взаимодействовать... Это очень опасно, но - дает определенные результаты.
Ну а недавно я, как уже сказал, сумел расшифровать последние записи деда... В общем, теперь Печать мне стала понятнее. Возможно, в критической ситуации, я даже смог бы обратиться к Бездне за силой... Впрочемцена этого - я боюсь ее себе представить...
В любом случае - я свободен лишь до тех пор, пока я жив. Именно поэтому, я должен любой ценой избавится от Печати, раньше, чем я умру. Иначе... Я не знаю, что меня ждет иначе, но и узнавать я это на практике не хочу."
Герхард закончил свой рассказ и сел обратно, за клавиатуру.
Кадэнс помолчала еще немного... Майский ветер теребил ее волосы, занося в окно запах луговых, альпийских цветов... "А ведь завтра уже 22-е" - внезапно подумала девушка...
Герхард отчаянно колотил по клавиатуре. Похоже, муза вернулась и роман сдвинулся с мертвой точки.
Кадэнс посмотрела на мага. С удивлением для себя, она поняла, что ощущает к этому человеку куда больше нежности, чем приличествовало обыкновенному фамильяру... Возможно, она удивилась бы гораздо больше, если бы узнала, что ровно те же смешанные чувства ощущал сейчас и Герхард...
А за окном - шел к своему концу май, и заливисто пели птицы, торжествуя очередную победу тепла и жизни над холодом и смертью зимы...
Кащей
...Кадэнс почувствовала, что дверь толкают, едва начав ее открывать. Долю секунды она прикидывала: не закрыть ли дверь вместе с пытающимися войти, но любопытство победило. Воспользовавшись ментальной связью фамильяра - она предупредила Герхарда и демонстративно-картинно отлетела от распахнувшейся двери приземлившись на пятую точку и состроив предельно удивленную мордашку дурочки-секретарши.
Ломившихся оказалось двое: крупные, шкафообразные детины, с налысо выбритыми головами и отсутствием интеллекта в глазах. Одеты пришельцы были в темные, короткие, кожаные пальто, синие джинсы и красные мокасины. Кадэнс мысленно застонала от этакого удара по ее чувству прекрасного. Статуя сторожевого Лара, сидящая прямо перед дверью и принимаемая гостями поместья за гаргулью, едва заметно повела крыльями. Сама Кадэнс ощутила приятное, успокаивающее и родное тепло - используя ее, обретенные год назад, силы Нефелима Герхард подключился к своей соратнице и сейчас смотрел на мир ее глазами, приведя, предварительно, все оборонительные системы дома - в полную боевую готовность.
- Слышь, кукла, а где твой этот, колдун? - один из вломившихся обшарил прихожую глазами и остановил взгляд на сидящей на полу в весьма эротичной позе девушке (навыков приобретенных в бытность "дщерью Лилит" - Кадэнс с лихвой хватало, что бы понимать как лучше всего манипулировать мужчинами. Особенно ТАКИМИ мужчинами).
