– Генц говорит, что не может тебе дозвониться, и просит срочно приехать к нему в экспертно-криминалистический.
– Зачем? Он же может просто позвонить!
– Он хочет что-то показать. Говорит, тебе надо увидеть это своими глазами, иначе ты ему не поверишь.
Новое, выстроенное в форме пчелиного улья здание штаб-квартиры экспертно-криминалистического отдела полиции расположено в северо-западной части Копенгагена. На парковке среди берез начинает смеркаться, но в находящихся этажом выше огромного гаража лабораториях все еще вовсю кипит работа.
– Как насчет эсэмэсок, звонков, электронной переписки – вы всё проверили?
– Айтишники пока что ничего существенного не обнаружили, но это и не так важно, как то, что я тебе покажу.
Найя идет вслед за Генцем, который встретил их у входа и подтвердил дежурному статус своих гостей. Хесс настоял, чтобы Тули́н взяла его с собой, но, по-видимому, лишь для того, чтобы не пошли разговоры, будто он манкирует своими служебными обязанностями. По пути сюда в машине Хесс бегло просмотрел захваченный Тули́н с собой составленный судмедэкспертом протокол осмотра тела убитой, не выказав при этом к тексту особого интереса, и она не сочла нужным обсуждать с ним ход расследования. Тем временем нетерпение ее лишь нарастало, а таинственный ответ Генца еще больше раздразнил любопытство, хотя, дело ясное, ничего нового она не узнает, пока не окажется у него в лаборатории.
Вдоль коридора расположены застекленные кабинеты, где, словно белые пчелы, трудятся за столами эксперты. Целое море кондиционеров и термостатов на стенах поддерживают необходимые для ведущихся в этих стеклянных клетках исследований температуру и влажность воздуха. Именно здесь, в экспертно-криминалистическом отделе, материалы со всех мест преступлений исследуются и оцениваются, с тем чтобы следователи имели возможность принять во внимание массу данных. Зачастую именно с помощью следов физического происхождения определяется направление расследования. За свой не слишком долгий срок пребывания в убойном отделе Тули́н узнала, что криминалисты подвергают тщательному изучению такие разные вещи, как предметы одежды, постельное белье, ковры, обои, пищевые продукты, транспортные средства, растения и пробы почвы. Впрочем, список можно продолжать практически бесконечно. И если судмедэксперты обследуют труп и обобщают все его характеристики, то в задачу криминалистов входит изучение всех следов, оставленных на месте преступления, в том числе и подозреваемыми. Судебно-медицинская и криминалистическая экспертизы – это два краеугольных камня, на которых зиждутся расследование преступления и подготовка доказательной базы, используемой в дальнейшем прокурорами в ходе судебного заседания для обоснования обвинения.
С девяностых годов прошлого века экспертно-криминалистический отдел занимался и так называемыми айтишными следами, для чего был создан специальный подотдел, изучавший принадлежащие жертвам и подозреваемым высокотехнологичные средства связи. С учетом усиления внимания к росту глобальной киберпреступности, хакерских атак и международного терроризма с 2014 года подотдел преобразовывается в НЦ-3, куда Тули́н так стремится попасть. Но по причинам практического свойства в экспертно-криминалистическом по-прежнему выполняются более мелкие задачи, имеющие локальное значение, что в данном случае относится к компьютерам и мобильным телефонам из дома Лауры Кьер.
– Другие следы не обнаружены? В спальне, в гараже? – Тули́н не терпится узнать хоть что-то новое, и она начинает задавать вопросы сразу, как только они оказываются в огромном помещении, куда их привел Генц.
– Нет, но прежде чем продолжить, мне хотелось бы узнать, могу ли я доверять ему. – Генц закрывает дверь и кивает в сторону Хесса. И хотя Найю в общем-то порадовало, что он так прямо выразил сомнения в отношении личности чужака, фраза Генца и для нее прозвучала неожиданно.
– Что ты имеешь в виду?
– То, что я намерен тебе рассказать, имеет определенный налет сенсационности, и я не желаю рисковать, на случай если информация эта просочится куда не следует. Ничего, как говорится, личного. Надеюсь, ты меня понимаешь?
Последний вопрос был обращен к Хессу, который, однако, и бровью не повел.
– Нюландер включил его в команду. И раз уж он здесь реально присутствует, я исхожу из того, что мы можем ему доверять.
– Именно это я и имел в виду.
– Я за него ручаюсь. Ладно, давай рассказывай, что там у тебя.
Помедлив мгновение, Генц поворачивается к своей клавиатуре и начинает быстро набирать код доступа, а другой рукой берет лежащие на столе очки для чтения. Таким Тули́н его раньше не видела. Он одновременно и совершенно серьезен, и весьма взволнован. Впрочем, она ожидает увидеть более весомую причину такого его состояния, нежели появившийся на висящем над его впечатляющим своими размерами письменным столом экране высокой четкости изображения отпечатка пальца.
