– Ладно, читай. Ребенок тоже должен знать, что творится в нашем «богоспасаемом» отечестве… Тем более, что она у нас умненькая… Читай, пожалуй, с начала.
В письме Студийского игумена рассказывалось о том, как в Фессалонике после изгнания архиепископа Иосифа назначенный вместо него архиерей расправлялся с теми, кто не хотел его поминать и не признавал решений «прелюбодейного собора». Евфимия, игумена одного из солунских монастырей, отказавшегося признать нового епископа, бичевали прямо в храме почти до смерти, но он все равно отказался поминать «прелюбодействующего» епископа. После истязания «некто, подражавший Христу, взял Евфимия в свой дом и, приложив к кровавым ранам и язвам телесным свежую кожу убитого ягненка, оживил этого мужа», вылечил и тайно отпустил. «Кто из православных когда-нибудь поступал так с еретиком? – восклицал Феодор. – Воззри, Господи, Господи, на такое бедствие и пощади народ Твой, устроив мир православия в нашей Церкви!»
Когда Марфа закончила читать, Кассия бросилась к отцу и ухватила его за плащ, который он еще не успел снять.
– Папа! Там сказано, что «подражавший Христу взял его в дом свой»! Нам тоже надо так!
– Вот видишь, – сказала Марфа. – Она еще днем предложила сделать из нашего дома странноприимницу для гонимых.
– Что ж, «из уст младенцев»… – Василий положил руку на голову Кассии, зарывшейся лицом в его плащ.
Кассия подняла голову; в ее глазах блестели слезы.
– Не плачь, – сказал Василий решительно. – Мы им поможем, насколько это в наших силах.
– И пусть Бог довершит остальное! – тихо сказала Марфа.
– Аминь! – ответил ей муж.
…Когда учитель ушел, Фекла спросила сына, уже готового бежать в сад играть:
– Ну, чем вы сегодня занимались?
Вместо ответа мальчик, заложив руки за спину и выставив вперед подбородок процитировал:
– Какой же ты у меня молодец!
Феофил, поковыряв носком башмака узор на ковре, сказал:
– Когда я вырасту, я тоже буду ездить на коне!
– Конечно, будешь!
– И воевать с врагами!
– Да, если будут войны…
– И еще буду совершать суд по правде!
– Ну, для этого надо работать судьей или быть эпархом… или императором…
– А как стать императором?
Сердце Феклы глухо стукнуло: на память ей пришли речи мужа о будущей порфире – Михаил частенько поминал пророчество монаха из Филомилия и был уверен, что когда-нибудь обуется в красные сапоги. У Феклы его разговоры на эту тему всегда вызывали досаду и испуг, и она не раз просила мужа «забыть это несчастное пророчество», – но тот лишь посмеивался и говорил жене, что пурпур ей очень пойдет…
– Императором становится тот, кого выберут знатные люди, войско и народ, – ответила она на вопрос сына.
– Значит, им может стать кто угодно?
– В общем, да, если Бог благоволит, – она опять вздрогнула внутренне. – Вот великий Юстиниан, который построил храм Святой Софии, был из семьи простых земледельцев…
– Да? А где про него можно прочесть?
– О, про него многие писали… Например, его современник историк Прокопий.
– А у нас есть эта книжка?
– Да.
– Я хочу почитать ее!
Фекла ненадолго задумалась. Не рановато ли ребенку читать Прокопия?..
Их домашняя библиотека была совсем небольшой: Михаил книг вообще не открывал, а книги, принадлежавшие Сисинию, пропали почти все при изъятии его имущества; Фекла и Агния сумели припрятать только несколько рукописей. Когда Михаил получил должность комита шатра и у них появились некоторые лишние деньги, Фекла стала покупать книги, но не часто, чтобы не вызывать лишний раз недовольство мужа. Список «Войн» Прокопия преподнес им Лев – это был его подарок по случаю крещения Феофила.
– Пусть растет воином! – сказал крестный.
С тех пор Фекла не один раз перечитала произведение историка из Кесарии. А вот и сын дорос… Дорос ли? Что он там поймет? Впрочем, там всё больше про войну, как и у Гомера… Да, наверное, можно… Учитель говорил, что мальчик сильно опережает в развитии своих ровесников, и Фекла радовалась, что наняла сыну грамматиста, не дожидаясь, пока Феофилу исполнится семь лет.
– Да, милый, вечером я дам тебе книгу.
