— Что-то не нравишься ты мне, младшенький…
— Что-то я никому не нравлюсь в последнее время, — фыркнул Крис. — Ни тренеру, ни Грэю, ни вот тебе. Даже обидно, правда! Неужели я растерял своё бесценное обаяние?
Кристина вздохнула.
— Ты вторую неделю сам не свой…
— А чей? — попытался перебить сестру Крис, но она продолжила:
— Ты же психуешь, я вижу. Телефон в руке, как приклеенный. То срываешься куда-то посреди ночи, то из комнаты не выходишь по полдня. И на тренировки зачастил. К чему ты готовишься? Теперь вот ещё это… — Она кивнула на шнурок, концы которого Крис бессознательно подёргивал. — С каких пор Джин раздаёт свои амулеты кому-то кроме Эша? Что вы двое задумали?
— Она тут ни при чём!
Тина вздрогнула от неожиданной резкости.
— Крис…
— Извини. — Он улыбнулся чуть смущённо. — Похоже, у меня и правда слегка едет крыша. Хорошо, что я не предрасположен к буйствам, правда? Сам не свой, говоришь? Хорошая формулировка…
Тина задумчиво посмотрела на цветастый браслет, перевела внимательный взгляд на лицо Криса.
— Кажется, ты крупно влип, братик.
Он рассмеялся, снова спрятал браслет под длинным рукавом.
— Ты даже не представляешь, насколько.
Кристина неожиданно взяла его за руку и настойчиво потянула к купе.
— Поехали с нами! Не надо тебе здесь…
— А где надо, по-твоему? — Он легко высвободился, не перестав улыбаться. — И потом, кто-то же должен за товарищем подполковником присматривать, пока вас не будет.
— Но ты ведь встретишь нас, когда вернёмся? — спросила Тина почти жалобно.
— Надеюсь. Да ладно тебе! Я и не из такого выпутывался, сама знаешь.
С полминуты Тина стояла в нерешительности, а потом порывисто обняла брата.
— Я могу тебе чем-нибудь помочь? Хочешь, останусь?..
— Нет. — Крис коротко ответил на объятия и отстранился. — Я хочу, чтобы ты вернулась в купе, пока мама не начала волноваться. А ещё — чтобы вы не нажили неприятностей, если после дуэли действительно начнётся какой-нибудь бардак. У вас же нет моего опыта выживания. Если получится не попасть в передрягу, будет очень круто.
— Мы постараемся, — пообещала она и неохотно двинулась назад.
— Я тебя тоже люблю, сестрёнка.
Когда Тина обернулась, Криса в вагоне уже не было.
«…непримиримые соперники, ещё вчера готовые буквально уничтожить друг друга, неожиданно пришли к компромиссу. Но было слишком поздно. Столичная арена, в отличие от других подобных сооружений, не предполагала возможности примирения. Ни дежурным операторам, ни вызванным на подмогу техникам не удалось снять ограничительный купол. В попытке обмануть механизм участники Рокового поединка перешагнули ограничительную линию одновременно…»
Джин отложила книгу и вытянулась на кровати. За вечер она читала уже третий вариант этой истории, и оптимизма ни один из них ожидаемо не внушал. Чтобы снять купол, нужно очень много сил и очень много времени. Завтра у неё не будет ни того, ни другого.
В лесном убежище было тихо и спокойно. На душе, как ни странно, тоже: сказывалось недавнее общение с Крисом. Джина закинула руки за голову и улыбнулась. Как же хорошо!
Похоже, Зимогорье не только притягивает странных личностей с редкими свойствами и способностями, но и само умеет их создавать. Дар Криса, конечно, уникальным не был — о возможности тесного взаимодействия между полями Джин знала давно, а базовыми навыками полевой корректировки эмоций владела и сама. Но скорость, с которой Крис устанавливал контакт с чужим полем, и глубина воздействия поражали. Возможно, дело было в особенностях сенсорной чувствительности и очень плотной связи поля с собственным телом. Пообщаться бы ещё с каким-нибудь тактильным сенсориком: может, для них это вообще норма… Так или иначе, в любой клинике психоневрологического профиля Криса бы с руками оторвали. С такими способностями легко заработать состояние. Правда, нервный срыв — ещё легче.
«Это была вынужденная мера, — в очередной раз попыталась оправдаться Джин. — И это больше не повторится. Как бы трудно ни было».
Сейчас, когда мысли текли плавно, дыхание было ровным, а сердце не стремилось вырваться из грудной клетки, давать такие обещания было легко. Особенно молча и себе самой. Особенно если учесть, что они с Крисом, вероятно, больше не увидятся.
«До встречи. Возражения не принимаются».
Наивный мальчик. Неужели ты до сих пор веришь в чудеса? Или в то, что обещание может кого-то защитить? Когда дело касается настоящего шторма, этот якорь слишком слаб.
Была у спокойствия Джин и ещё одна, неожиданная, причина. По мере приближения дуэли происходящее казалось колдунье всё менее реальным. Всё сложнее было представить, что кто-то всерьёз задумал столкнуть магов и людей без поля, что кто-то всерьёз запустит необратимый механизм Рокового поединка. Что она сама выйдет на смертельный бой. Обычный житель мирного городка в мирное время… Но может быть, именно сейчас, пока время окончательно не перестало быть мирным, и стоит повоевать? Может быть, это хрупкое равновесие — и есть то единственное, ради чего стоит поднимать оружие? Но что делать, если любой выбор и каждый шаг — роковой камень на чаше весов?