Почти час лавров "ломался", прежде чем погнал конченную ахинею о несметных залежах сокровищ в виде рыбного промысла и пушнины. Мол, добра - непочатый край, но, беда - свое имение Владимир Николаевич уже заложил банкам, и денег у него на финансирование промысла у него нет.
- Вот и обратился за высочайшей помощь, царя нашего! - Заключил Лавров. Впрочем, интерес Витте пропал еще на стадии оглашения грандиозных расходов.
- Что ж, раз мне теперь известен ваш вопрос, я при первом удобном случае обращу на него внимание Его Величества, - очередная дежурная улыбка и Витте растворяется в дверях начинающего пустеть ресторана.
- Нужно уходить, - на мгновение Лавров протрезвел, но в ту же минуту вновь принялся разыгрывать из себя пьяницу.
Расплатившись по счету, мы взяли экипаж и добрались до гостиницы.
Уже в номере, Лавров окончательно сбросил с себя маску повесы.
- Видать крепко его интересовало, с чем я пожаловал к Его Величеству!
- Это слабо сказано. В моей истории Витте после отставки с поста министра финансов даже планировал покушение на царя.
- В самом деле? Вы рассказали об этом...?
- Ни в коем случае. Кто я и кто такой Витте? У него множество заслуг, а у меня что? Правильно - ничего. Государь наш даже бы не подумал его подозревать.
После мы еще несколько минут поговорили о делах менее значимых, затем Лавров откланялся, пообещав в ближайшее время вновь со мной связаться.
На прощание он посоветовал мне поменьше покидать свой номер.
- Не упускайте мысли, что Витте, быть может, интересовал не я один, - произнес мой друг-контрразведчик.
Глава 5. Марномакс.
29.01.1904.
Сказать, что я был удивлен, когда в мой номер в начале десятого утра постучался посыльный из Зимнего, значит ничего не сказать.
Не выспавшийся, я как мог быстро привел себя в порядок.
Облачившись в недавно приобретенный костюм я мимоходом отметил, что в это время портные куда лучше исполняют заказы. Ну, или персонально мне попался такой.
Спустя полчаса я вновь был в Зимнем.
В этот раз, как ни странно, ожидать не пришлось. Меня сразу же провели в кабинет к Николаю. Царь, облаченный в морской китель, едва ли не с порога известил меня о высочайшем указе, согласно которому в ближайшее время откроется медицинская академия, всецело посвященная исследованию крови.
- Будем лечить! - Со смехом сказал Николай.
По сравнению с его вчерашним настроением, сегодня он был явно в ударе. Ни тени сомнений на лице, весел и не тянется к колокольчику. Мне аж прям не по себе стало.
- Рад, что смог угодить, Ваше Величество.
- Полноте, Илья Сергеевич! Вас в пору к награде представить за тот труд, что вы передали нашим лекарям. Мне вчера в один голос десятки светлейших умов говорили, насколько сильно продвинется медицина, если все вами описанное удастся претворить в жизнь.
- Без сомнения удастся. Все, что я описал по проблемам гемофилии, свертываемости и переливанию крови - все это будет открыто в пределах ближайших двадцати лет. Не только нашими с вами соотечественниками, но и зарубежными учеными. Так что, имея теоретический задел, наши медики смогу держать пальму первенства.
- Как вы сказали? "Пальму первенства"? Забавное выражение.
Мы еще минут пять поупражнялись в остроумии - я поведал царю несколько легких фразеологических оборотов из будущего, которыми он мог бы блеснуть в приличном обществе. Затем, как и всегда в разговоре с царем, наступил момент поговорить о делах.
- Знаете, Илья Сергеевич, а вы были правы. Сто крат правы.
- В чем именно, государь?
- Я за своей подписью отправил телеграмму командующему эскадрой в Порт-Артуре вице-адмиралу Старку о необходимости минных постановок в Талиенваньской бухте строго в светлое время суток и при достаточной видимости.
- Позвольте полюбопытствовать, и какова была реакция Старка?
- Точно такая же, как вы и указали в своей записке. Он растерялся. Отписал, что направляет для защиты "Енисея" крейсер "Боярин". Как мне рассказали уже наши морячки - Старк умудрился отправить минный заградитель без охраны минировать подходы к Дальнему. Немыслимая безалаберность!
- Которая в моем мире привела к гибели обоих кораблей. "Енисей" в тумане налетел на собственную мину, а примчавшийся "Боярин" не знал карты минных полей и тоже стал жертвой глупости. Так, без участия со стороны японцев мы потеряли в моей истории два жизненно важных корабля.
- Но, разве основная сила эскадры не в броненосцах?
- Так то это так, Ваше величество. В обычной тактике именно линейный бой - залог победы. Но, эскадра в Артуре потеряла два лучших броненосца - поэтому, против всего броненосного флота, что выставит против них адмирал Того - у Старка нет шанса. Как командующий - он напрочь лишен инициативы. По сути, он паркетный адмирал. Готов командовать флотом в мирное время, но если вдруг война - последствия его командования будут ужасающие. Чего только стоит его утверждение, что эскадра не в силах за один прилив выйти на внешний рейд?
- Неужто может?
