Федотов посмотрел в глаза заместителя, лицо его разгладилось, снова стало спокойным.
— А с другой стороны, нам развязали руки, майор. Будем драться. Давай-ка сделаем вид, что мы озабочены делами Ордена, пока у нас есть время.
Он вставил в дисковод дискету и быстро переписал в память компьютера файлы, касающиеся работы Ордена чести, а потом вывел на экран игрушку и углубился в проводку героя по лабиринтам заколдованной крепости. Корнеев не мешал, аккуратно заполняя за соседним столом план работы филиала на неделю вперед.
Атака неизвестного спецназа началась ровно в половине одиннадцатого, аккурат в тот момент, когда Ираклий перешел со своим героем на второй уровень игры.
Нападавшие ворвались в офис сразу с трех сторон: в коридор со стороны главного входа, в дверь со стороны запасного выхода и в окно — прыжком с крыши на специальном тросике. Однако их оперативно-страховочные мероприятия: грозные крики «лежать!», «на пол!», «к стене!», специальные позы — полуприсед, пистолеты в обеих руках вытянуты вперед, готовность немедленно открыть огонь — оказались излишними. Никто десантников в камуфляже, с вязаными шапочками на головах, с автоматами в руках, не встречал, никто не сопротивлялся, двое охранников офиса, играющие в шахматы за стойкой турникета, тотчас же подняли руки и легли на пол, еще двое, выглянувшие на шум из дежурки, также не оказали сопротивления, а хозяин офиса, азартно расправлявшийся с нечистью на экране компьютера, лишь повернул голову к ворвавшимся в кабинет спецназовцам и спокойно, с легким удивлением, спросил:
— В чем дело, господа?
— Встать! — рявкнул первый из штурмовиков. — Руки за голову!
Ираклий глянул с иронией, встал, сцепил пальцы на затылке.
— В чем все-таки дело, господа омоновцы? Или кто вы там? Нас опять выселяют вопреки закону?
— Молчать! Лицом к стене!
— А начальство у вас имеется? Можно с ним побалакать?
— Тебе сказано — к стене! — Верзила в камуфляже шагнул к Федотову, взмахнул прикладом автомата, норовя попасть Ираклию в челюсть, но промахнулся. Озлившись, ударил его в лицо, снова не попал, и в это время в кабинете появился еще один человек, лицо которого ни с чьим спутать было невозможно, — полковник Дубневич.
— Отставить! — негромко сказал он.
Верзила нехотя опустил автомат, отступил в сторону.
— Выйдите. Оба. И уведите этого.
Десантники молча повиновались. Дубневич и Федотов остались в кабинете с глазу на глаз, не торопясь начинать переговоры, присматриваясь друг к другу, оценивая внутренние резервы воли и выносливости. Потом Ираклий, на чьей стороне в данный момент было небольшое психологическое преимущество, вежливо произнес:
— Можно, я опущу руки?
— Да, конечно, — сделал небрежный жест Дубневич. — Мне нравится, как вы держитесь. Умеете проигрывать.
— Убей меня бог, не понимаю, о чем вы, — спокойно сказал Ираклий. — Разрешите узнать, кого вы представляете и по какому праву вторглись в пределы частного владения? Я думал, проблема с арендой решена, мне разрешили пользоваться этим помещением до конца года. Или у местного начальства снова поменялось настроение?
— Не имею к местному начальству никакого отношения. Да вы садитесь, господин Федотов, в ногах правды нет, а разговор нам предстоит долгий… если только вы не станете прикидываться казанской сиротой.
— Казанской не стану, — согласился Ираклий, усаживаясь за свой стол. — Но все же требую объяснить…
— Требовать буду я, вы будете отвечать на вопросы. Попробуете рассказать мне сказку про белого бычка, я применю вот это. — Дубневич вытащил необычной формы пистолет с толстым дулом, в котором не было пулевого канала. — Узнаете?
— Что это? — с абсолютно естественным любопытством спросил Ираклий, хотя внутри у него все напряглось; он явно проигрывал, и теперь надо было не упустить момент
— Это газовый пистолет? — продолжал Ираклий. — Или что-то вроде электрошокера?
Дубневич поморщился.
— Перестаньте паясничать, Федотов. Ваши люди захватили один «глушак» на полигоне во время последней и совершенно нелепой, кстати сказать, разведки боем. Тоньше надо играть, господин резидент контрразведки. Кстати, полковнику Крутову вы помогли скрыться?
— По-моему, вы ошибаетесь, — покачал головой Ираклий с сожалением. — Мои люди никогда и нигде не проводили разведку боем. Им это ни к чему.
— Возможно, — легко согласился Дубневич. — Значит, это все-таки были «мстители». Но ведь «глушак» теперь у вас? Вместе с Крутовым.
