— Вот хорошо, что зашли, — обрадовался дед Осип, встречая гостя и не обращая внимания на его белоснежный наряд. — А я гадаю, чья это самобеглая коляска к нам завернула? Небось не завтракали? Располагайтесь на веранде, я к вам присоединюсь, проголодался с утра.
Гость и хозяева уселись за стол на веранде, Лиза быстро заставила его снедью: блины, сметана, мед, варенье, чай, — и они принялись трапезничать под добродушное ворчание Осипа, любившего критиковать деятельность нового правительства и плавно переходившего на местную власть. Когда он немного подустал, Елизавета толкнула Егора локтем:
— Выкладывай, что знаешь о храме Лотоса. Никогда не слышала, что в Жуковке такой есть.
— Черного Лотоса, — поправил жену Крутов, глянул на дядьку. — Старик, ты случайно не знаешь, к кому здесь у нас в деревне наведывается молодой монах с бритой башкой и серьгой в ухе?
Осип почесал в затылке.
— Видел я одного такого недавно, да не догадался проследить, куда завернет.
Крутов и Георгий переглянулись.
— Не нравится мне это, — проворчал Егор.
— Мне тоже, — покачал головой Георгий. — Придется задействовать группу «четверки», а то и «двойки». Храм в Жуковке как бельмо на глазу.
— Вы в конце концов объясните, в чем дело? — с обидой в голосе потребовала Елизавета.
— В Жуковке, недалеко от дома отдыха, построена база Братства Черного Лотоса, замаскированная под буддистский храм.
— Что такое Братство Черного Лотоса?
— По сути тоталитарная секта, — сказал Георгий. — Одним из главных направлений своей деятельности она считает борьбу с православием, активно вербует сторонников, умело эксплуатируя такие понятия, как семья, дружба, нравственность, умалчивая о жесточайшей дисциплине внутри секты. Основная задача Братства — вовлечение возможно большего числа новых последователей с целью их духовной, психической и физической эксплуатации. Но есть еще одно направление деятельности секты, о которой мало кто догадывается: ведется отбор учеников для обучения спецподразделений Российского Легиона. Храм в Жуковке — один из таких замаскированных учебных центров.
— Вот зараза! — с удивлением и отвращением сказал Осип. — Никогда бы не подумал, что в наших краях обоснуются сатанисты.
— Почему же вы допустили строительство храма? — поинтересовалась Елизавета.
— К сожалению, поздно отреагировали наши аналитики, — вздохнул Георгий. — Таких храмов по России построено около трех десятков и строятся еще.
— Надо же с этим как-то бороться!
— Мы не сидим сложа руки, — улыбнулся Георгий горячности Лизы. — Я отвечаю за работу духовных семинарий в Брянске, Почепе и Дубровке, Егор со своей секцией русского стиля тоже, в сущности, борется с сектой, создавая фронт контрпропаганды. — Он встал. — Спасибо за хлеб-соль. Мне пора ехать.
Егор проводил гостя до машины.
Георгий достал из кармана небольшой черный кожаный пенальчик, передал Крутову.
— Это теперь твой персональный мобильник. Задания будешь получать дистанционно, не забывай подзаряжать. Видеться будем редко, поэтому запомни мой номер. — Георгий продиктовал семь цифр.
Крутов с сомнением взвесил в руке тяжелый брусок мобильного телефона.
— Ты уверен, что он будет работать в наших лесах?
— Это особый телефон, разработан нашими умельцами в техническом центре Точмаша, радиус действия — сто километров. Кстати, аналогов ему в мире нет. Ни пуха, Витязь. — Георгий пожал руку Егору, сел в кабину «сто одиннадцатой» и включил двигатель.
— К черту!.. — пробормотал Крутов, глядя вслед машине, пока она не скрылась за поворотом улицы.
И тотчас же телефон в его руке ожил. Егор от неожиданности вздрогнул, нажал кнопку ответа, поднес пенальчик к уху и услышал мягкий раскатистый голос:
— Кречет?
— Д-да…
— Завтра в одиннадцать часов утра вы должны быть в Сергиевом Посаде у ворот лавры, вас встретят. Как поняли?
— Кто говорит?
— Координатор трафика. Вы запомнили?
— В одиннадцать часов я буду у ворот лавры.
Егор выключил телефон, поднял голову и увидел Елизавету, выглянувшую на улицу. В ее глазах стояла тревога…
Никто из жителей поселка Березовая Пойма Нижегородской губернии не мог достоверно утверждать, что знает хозяина небольшого бревенчатого домика на краю поселка, между веткой железной дороги и садовым товариществом, хотя в столь малонаселенных пунктах обычно все знают о всех и состоят в большинстве своем в каком-нибудь родстве. Между тем хозяин этот был молод, жил один и соседи знали его под именем Сергея Воловикина. Однако и они не ведали, чем он занимается, почему не женится, когда уходит или уезжает, а когда появляется дома, хотя сад и огород Воловикина всегда были ухожены, изба выглядела опрятной и новой, а молодой человек неизменно был вежлив, дружелюбен и умел поддерживать разговор на любую возникающую тему. Слухи о том, что он якобы учится в педагогическом институте в Нижнем Новгороде, Сергей не подтверждал, но и не опровергал, ловко уклоняясь от вопросов на эту тему с помощью шуток и прибауток, которых знал превеликое множество.
