Итак, РАО ЕС вынуждено резко сократить потребление газа. Многие станции при этом перейдут на так называемые резервные режимы работы, используя резервное топливо, которым являются для некоторых станций мазут, для некоторых — уголь. Разумеется, работа на резервном топливе далека от оптимальности. И рассчитывать на снижение себестоимости энергии при переходе на уголь и мазут не приходится.
Вернемся снова к проблемам газовым. Социальная напряженность, обусловленная острым положением на внутреннем рынке газа, все равно будет нарастать даже при сохранении нынешних объемов поставок.
Ибо уже вскоре внутренние цены на газ для потребителей с учетом затрат на доставку будут составлять сто семьдесят пять долларов за тысячу кубометров (оптовая цена «Газпрома» сто двадцать пять долларов за тысячу кубометров плюс затраты на транспортировку потребителям, налоги и прибыли соответствующим газораспределительным компаниям). То есть более чем в четыре раза дороже, чем в 2008 году.
Подчеркнем, эта цифра уже запланирована и согласована . Просто она не афишируется по вполне понятным причинам.
В этой ситуации РАО ЕС оказывается в еще более сложном положении, чем это виделось еще 3–4 года назад (когда и возникли прогнозные цифры роста тарифов к 2010 году — в 2,5–3 раза по отношению к уровню 2007 года).
Здесь стоит сказать, что такой рост тарифов на электричество и газ неизбежно вел и ведет к росту социальной напряженности и политической нестабильности. Что неизбежно повышает риски долгосрочных инвестиций. В первую очередь в энергетику.
А это, в свою очередь, требует компенсации рисков для инвесторов.
Чем это может быть достигнуто?
Только еще большим ростом тарифов. Причем, желательно, постоянным ростом, что обеспечивает рост котировок акций энергокомпаний и делает энергетику привлекательной для инвесторов. Потому что рост котировок стимулирует инвестиции хотя бы с целью дальнейшей перепродажи акций.
Так что прогноз о том, что тарифы вырастут к 2012 году не меньше, чем тарифы на газ, вполне оправдан.
Что же мы имеем в итоге?
Показатели роста цены на газ и тарифов на электроэнергию к 2012-му примерно сравняются и будут выше существовавших в 2007–2008 годах в четыре с лишним раза.
При этом даже такие цены не исключают отключений энергии.
Ибо работа на резервном топливе и необходимость реконструкции станций вызовут определенные трудности в их эксплуатации. Кроме того, отнюдь не гарантирована ритмичность поставок газа даже в урезанных объемах, что мы могли видеть на примере с Северо-западной ТЭЦ.
Попробуем теперь сопоставить все выше охарактеризованные тенденции с тенденциями в экономической политике.
Итак, на наших глазах РАО ЕС перестает существовать и распадается на ряд частных компаний. Одновременно отменяется жесткое регулирование тарифов. Эта отмена сейчас формулируется различными неопределенными терминами. Однако в целом это напоминает определение «валютного коридора» в 1997–1998 годах.
Который, как известно, был «прорван» в 1998 году. Специалисты не сомневаются, что точно так же будет прорван и «тарифный коридор» в 2011–2012 годах.
И только в этом случае, в случае роста тарифов более чем в четыре раза, энергетика делается высокодоходной и привлекательной для частного капитала.
Все сходится. Именно к этому времени она и станет частной. Причем возможно, что делается ставка именно на привлечение капитала с целью спекуляций акциями стремительно дорожающих в условиях быстрого роста тарифов энергокомпаний.
Особое место в этих прогнозах занимает вступление в ВТО. Многие противники этого вступления говорят о неприемлемости роста внутренних цен на энергоносители до уровня мировых.
Но это произойдет и так. Безо всякого ВТО. И будет связано в массовом сознании с энергокризисом, а не со вступлением в ВТО.
Далее. Многие говорят, что вступление в ВТО повлечет разорение отечественного производителя.
Но отечественный производитель при таких тарифах на энергию и цену на газ, да еще при условии неритмичности поставок, когда производства будут отключаться от энергопитания при первых морозах, безо всякого ВТО разорится.
И опять же именно с энергетическими трудностями будут связываться в сознании населения процессы разорения производства.
А внешние конкуренты придут на российский рынок, уже «подготовленный» энергетическим кризисом.
Возможно даже, придут «как спасители».
Так что и здесь все идеально сходится.
Министр Кудрин в 2007-м «спрогнозировал» новый дефолт на 2010 год. При этом многие наблюдатели поражались, что прогноз дефолта как-то очень неубедительно связывался с прогнозами цен на нефть в 2010 году. Любой прогнозист может подтвердить, что такого рода прогноз просто некорректен.
Но вот прогноз дефолта (пусть пока и не состоявшегося) корректен вполне. И связан он не с предсказанием мифического падения цен на нефть, а с вполне реальным повышением цен на газ и электроэнергию.
Все правильно: четырехкратный рост цен на газ и электричество вызывает взрывной рост инфляции издержек. А следовательно, падение курса национальной валюты.
