«Скажите мне, это и есть культура (
Да, видимо, достала даже спокойных европейцев экспансия мусульманской «культуры», согласно которой человека можно убить за рисунки или стихи.
Однако не будем об этом, любой более или менее осведомленный человек в курсе дела о непрекращающихся вот уже с год скандалах вокруг публикаций карикатур, оскорбивших мусульман, которые теперь хотят просто убить художника.
Вот так — не подать в суд, например, а убить.
Такая у них культура. О чем, кстати, и пишет цитированная Никоновым Фаллачи, с ужасом описывающая, как в мусульманских странах публично убивают женщин просто за то, что они пошли в салон красоты, который существует вопреки тамошним законам.
И эта «культура», естественно, раздражает европейского обывателя. Причем, это раздражение, опять же, несмотря на политкорректный гнет и законопослушность граждан Запада уже прорывается наружу.
Вот взятый из Интернета пример такого рода, касающийся политической борьбы в Австрии.
«Выступая на новогоднем съезде партии, главный кандидат (
«Сын Сюзанны Винтер Михаэль пошел по стопам матери. Он возглавляет штирийскую молодежную организацию «Партии свободы», причем его высказывания также отличаются резкостью. «Я выступаю за введение смертной казни для убийц и растлителей малолетних», — заявил двадцатилетний молодой человек в августе.
Подобные заявления идут одно за другим, выстраивая целую цепочку ксенофобских и религиозно нетерпимых выпадов матери и сына Винтер. Еще полгода назад Сюзанна Вин тер призывала «изолировать беженцев в пустующих казармах». Позднее Винтер предложила отбирать водительские права у женщин, носящих хиджаб, и неоднократно актив но настаивала на употреблении слова «негр», а также приводила всех в смятение различными одиозными биогенетическими теориями. «Что-то такое есть в их генах, что они не могут переварить. Поэтому у них слишком мало чувства собственного достоинства и слишком много чувства превосходства», — шокировала она темнокожее население Граца в одном из интервью.
Ее понимание истории? «Без комментариев, это мое личное дело», — постоянно огрызается Винтер. — «Такими вопросами нас просто хотят загнать в правый угол». Образцов для подражания среди политиков у пятидесятиоднолетней Винтер (с безукоризненным макияжем и гривоподобной шевелюрой) нет, «только идеи».
На предвыборных плакатах это ощущается в переделанных резких фразах, направленных против известных с незапамятных времен образов врага: против «мафии попрошаек», «нарушения миграционного законодательства» и за запрещение мечетей в Граце . Этого, согласно опросам, должно быть достаточно, чтобы «Партия свободы» снова вошла в муниципалитет Граца. Винтер называет себя «практикующей христианкой». Ислам же, по мнению Винтер, вообще не является «настоящей религией».
Логично, что ее сын теперь требует «завести в городском парке отару овец как экстренную меру в борьбе с изнасилованиями, совершаемыми мусульманами-турками». «Поскольку, сексуальные отношения с животными, похоже, имеют в исламе древнюю традицию», — поясняет дальше Винтер-младший.
Согласитесь, читатель, наши собственные оценки проблемы цивилизационных маргиналов в контексте мирового цивилизационного кризиса гораздо более корректны по форме.
Но с чисто академичной точки зрения, мы не могли пройти мимо упоминания всех этих примеров и высказываний. Чтобы продемонстрировать, что наши оценки проблемы не являются какими-то эксклюзивными или выпадающими из контекста реально существующей и, несмотря на противодействие политической моды, громко заявляющей о себе тенденции.
