– Жить буду, – неловко рассмеялась Катя, осторожно пытаясь вытянуть руку из цепких Жениных пальцев. Та наконец ее отпустила и в который раз за сегодняшний день поправила волосы. Может, это у нее тик такой? Или ей религия не позволяет ходить с прикрытыми ушами? – А вот мыть лоб, очевидно, нет.
– Фанатка? – выражение лица Стаса стало более заинтересованным.
Катя повинилась:
– Есть немного.
Вблизи лицо Стаса оказалось еще более привлекательным, чем в соцсетях, хотя и не таким безупречным. Катя заметила пару прыщиков на подбородке и, кажется, порез от бритвы. Даже странно подумать, что парень из «ТикТока» настоящий! Живой и может покрываться прыщами. Глаза у Стаса были пронзительно-голубые.
– Я задумался и правда тебя не заметил. – Стас улыбнулся, и Катино сердце в панике начало качать кровь с удвоенной скоростью. Она покраснела и кивнула, не заметив, что Стас так и не извинился. Он посторонился, пропуская девушек вперед (уи-и-и, какой галантный!), но Таби, покачав головой, поудобнее перехватила лямки своего рюкзака и повернулась к Кате:
– Если с тобой все ок, я домой.
– А как же встреча с куратором? Выборы старосты?
– Я тебя умоляю. – Таби закатила глаза и, махнув на прощание рукой, широкими шагами двинулась к выходу.
Катя по-прежнему понятия не имела, где находится малый актовый зал, так что просто пошла за Женей и Стасом. Они тихонько переговаривались и, кажется, показывали друг другу какие-то фотографии в телефонах. Женя, заметив Катю, слегка дернула плечом, и Катя поспешила объясниться:
– Честное слово, я не сталкер! Просто иду в ту же сторону. Хотя, может, чуточку и сталкер, – нервно рассмеялась она. – Я на вас давно подписана, еще со времен, когда вы учились в Штатах. Вы классно рисуете.
Концовка получилась немного неловкой и скомканной, но Катя уже смирилась с собственным косноязычием. За нее будут говорить ее рисунки!
– Жаль, что не все так думают. – Женя вздохнула. – Глебу, как видишь, больше по вкусу все эти твои зверушки, бородавки, огурцы какие-то… Ты принципиально не рисуешь людей?
Катя споткнулась. Женя постоянно говорила вещи, которые совершенно не соответствовали тому, как она выглядела, и это сбивало с толку. Сейчас, например, она смотрела на Катю с таким преувеличенным вниманием, что та даже засомневалась: может, скрытая агрессия и насмешка в Жениных словах ей просто почудились?
– Если честно, у меня плохо получается рисовать людей, – призналась Катя, прижавшись к стене и пропуская шумную компанию старшекурсников. – Выходит либо ужасно уродливо, либо ужасно глупо.
– А мое слабое место – вот эти все детские смешные штучки. Как думаешь, Стас, это от того, что мы рано повзрослели?
– И поумнели, – хмыкнул Стас, не отрываясь от телефона. Краем глаза Катя заметила, что он строчит новый пост. Они с Женей выкладывали их по очереди.
– А твои носки – это такая метафора? – Женя по-птичьи склонила хорошенькую головку набок, разглядывая Катины гольфы. Катя на всякий случай тоже на них посмотрела. По-прежнему белые. По-прежнему с куриными лапками. Черт, надо было внимательнее слушать Сергея Владимировича на литературе в школе! Тогда, может, она бы и вспомнила, кто такая эта чертова метафора. Женя, почувствовав ее замешательство, прикусила губу и сложила бровки домиком.
– Метафора – это такое образное выражение. Ну, знаешь, как вечный сон – это метафора смерти. Вот я и подумала, может, твои нелепые куриные ноги – это скрытое послание о том, что ты рисуешь как курица лапой?
Стас рядом с ней громко рассмеялся, а Катя несколько раз моргнула, не зная, как вообще на такое реагировать.
– Шутка, – улыбнулась Женя, заправив за уши волосы. – Ты же не обиделась?
Э-э-э… Катя окончательно растерялась и понятия не имела, обиделась она или нет. Кажется, она была в легком шоке (в соцсетях Твинсы вели себя совершенно по-другому!), поэтому вместо ответа поспешила смешаться с внушительной толпой, которая как раз пыталась протиснуться в узкую дверь, над которой золотистыми буквами было написано: «Малый актовый зал». Вообще-то дверь была двустворчатой, но вторая створка по странной традиции всех учебных заведений была закрыта.
Давка получилась приличная. Какой-то высокий черноволосый парень в серой рубашке ткнул Катю локтем в бок. Она громко ойкнула и тут же зашипела, когда девушка в сандалях на платформе отдавила ей ногу. Девушка тут же обернулась. Ее рыжие волосы тугими кудряшками спадали на лоб, а зеленые глаза были виновато распахнуты.
– Сорри!
Катя собиралась как-нибудь пошутить на тему того, что день у нее явно не задался, но шкафоподобный амбал слева едва не расплющил ее, прижав к своему сервантоподобному дружку. Катя чувствовала себя резиновой игрушкой. Если они еще чуть-чуть надавят, у нее глаза из орбит вылезут!
– Иди-ка сюда, – схватив Катю за руку, девушка с неожиданной силой дернула ее на себя, а потом обернулась к кому-то и скомандовала: – Захар, присмотри за моей новой подружкой, а то ее тут почти затоптали.
Катю окатило нехорошим предчувствием. Нет-нет-нет…
Черт!
