Мой ответ был не менее коварным. Всего лишь маленькая программка, которая прописывается в автозапуске и через встроенный динамик имитирует звуки сдыхающего винчестера, а потом выдаёт окошко с сообщением «Hard DriveError». Ничего плохого при этом не происходит, но с непривычки неописуемо бодрит, особенно когда давно не архивировал данные, и тут понимаешь, что жёсткому диску пришёл конец. Конечно же, моё авторство программки было очевидным, но Павел ничего не сказал, а просто продолжил нашу игру.
На работе это не сказывалось, скорее даже наоборот — мы старались поскорее решить все проблемы, что осталось больше времени на приколы. Постепенно мы выдохлись, и прикалываться друг над другом стали реже, но всё равно оставались начеку. Я почувствовала себя гораздо свободнее, чем когда работала в торговом зале, и уже без стеснения давала свой телефон в объявлениях на интернет-барахолке — даже если позвонят в рабочее время, я всегда смогу ответить. Вести переговоры о продаже шмоток при Павле я совершенно не стеснялась. Это не Оля с Настей, и даже не Денис, Павлу глубоко наплевать на мои женские делишки. Тем более, что он сам иногда вёл по телефону довольно странные разговоры, в которых постоянно звучали слова вроде «забрасываемся», «можем спалиться», «не забудь болторез». Сначала я не придавала этому большого значения, но однажды озадачилась. С утра в новостях упомянули о каком-то происшествии в метро — что-то случилось, и по одной ветке поезда не ходили целый час. А уже в обед Павел, разговаривая с кем-то по телефону, понизив голос, произнёс:
— Теперь после этого случая в метро режим усилят, и в том месте мы больше не пройдём. А лишний раз беседовать с товарищем майором мне не хочется.
Вот с этого момента я стала обращать внимание на все странности в его поведении. Сначала я подумала, что он связан с какими-то грабителями, которые залазят на склады и воруют товары. Иначе как понять смысл фраз «забрасываемся» и «можем спалиться», и для чего им тогда нужен болторез? Ведь грабители болторезом обычно перекусывают дужки замков. Но как это может быть связано с происшествием в метро? Тут у меня возникла другая версия — а вдруг Павел террорист или вообще шпион? Я вспомнила какой-то странный чертёж, который он прятал под газетой. Нет, тут явно что-то нечисто! Но я же не могу его в лоб спросить: «Павел Егорович, вы шпион?» А может, уже пора сообщить о нём куда следует? Но там спросят — какие ваши доказательства? Нет, торопиться не стоит. А для начала надо исследовать содержимое его компьютера.
Ждать удобного момента пришлось почти две недели. Наконец его куда-то вызвали, и он дал мне ценные указания:
— Мне надо отъехать, буду вечером или завтра. Если что — звони. Если до вечера меня не будет, всё закроешь и ключ сдашь в охрану.
Отлично, пара часов у меня есть! После его ухода я на всякий случай подождала минут пятнадцать. А то есть такой трюк: прощаются, выходят за дверь, и через минуту без стука заходят назад — типа что-то забыли. И смотрят, что делает подозреваемый — звонит ли по телефону, перепрятывает компромат или деньги, или просто пребывает в панике. У меня паники не было, но волновалась я сильно, не смотря на то, что заперла дверь изнутри. Уже сам этот факт может его насторожить. Но так мне было спокойнее. После чего я занялась его компьютером. Как и следовало ожидать, на вход в Виндовс у него стоял пароль. Но, к счастью, на Setup пароля не было, и я преспокойненько загрузилась с флешки. Теперь все его файлы у меня как на ладони. То, что я увидела, озадачило меня ещё больше. В его рабочей папке было полно схем метрополитена, чертежей станций и вагонов, каких-то непонятных рисунков и даже фотографий московских дворов, а точнее — каких-то непонятных будок и других строений в московских дворах.
Это было более чем подозрительно. Зачем нормальному человеку чертежи станций метро? И где он их вообще взял? Но, с другой стороны, это ещё не является преступлением. Грифа секретности на сканах чертежей я не заметила, а он может придумать кучу объяснений — начиная от того, что интересуется архитектурой московского метрополитена, и заканчивая версией, что просто восстанавливал данные с чужого диска, и что там находится, вообще понятия не имеет. Выход один — проследить за ним, когда он пойдёт на очередную свою «заброску». Но как это сделать, я ведь даже не знаю, где он живёт. Значит, придётся познакомиться с ним поближе.
