Я скованно присел, держа спину прямо.
— Костя о тебе хорошо отзывался! — будто бы между прочим обронил Виктор, изучая мое лицо.
Я только кивнул. Костян вернулся из Чечни еще три года назад и, даром что десантник, как-то сразу нашел себе место под солнцем. Теперь он уже второй год работал в службе безопасности холдинга «Объединенные машиностроительные заводы», перед одним из хозяев которого я теперь и сидел. Я же, не надеясь найти на гражданке нормальную работу, завербовался в легион и теперь, вернувшись в Россию, был рад воспользоваться протекцией друга.
Виктор склонился над столом, позвонил по интеркому, небрежно бросил в него:
— Маша, принеси досье на Курильского!
Вскоре девушка в тесной белоснежной блузке, цокая высокими каблуками, вошла в кабинет, подав шефу тощую папку. Виктор раскрыл ее, бросил на меня цепкий взгляд.
— Чай? Кофе?
Я отказался. Девушка Маша ушла, и бизнесмен погрузился в изучение досье на меня. Перелистав бумаги, он наконец откинулся в роскошном кресле, сцепил пальцы на столе, и губы его тронула тень улыбки.
— Значит, с войны вернулся. И в Иностранном легионе успел послужить?
— Да, недавно из Чада, — ответил я.
— Что ж, опыт у тебя серьезный. Рекомендации людей, которым я доверяю, тоже многого стоят. А мне как раз нужны такие сотрудники. — Лицо бизнесмена потяжелело, будто туча накрыла горную долину. — Положение мое, скажем так, боевое. Один из моих бизнесов недавно отжали рейдеры. По беспределу: людей моих выкинули, бумаги подделали. В ОБЭП, понятное дело, даже заяву отказались принимать. Прокурорские тоже лишь руками разводят: «спор хозяйствующих субъектов, идите в суд». А пока суд да дело, от завода одни стены останутся. Да и те не пойми чьи. Понимаешь?
Я только кивнул: такое в те времена случалось нередко — и в Москве, и в других городах моей необъятной Родины.
— Мне надо вернуть свое, — продолжал Виктор, постукивая пальцами по столу. — Нужны головы и руки. Особенно — головы, снабженные мозгами, холодные и соображающие! Костя уверен, что тебе можно доверять, и ты не струсишь, когда поднимется пальба. Заметь, я сказал «когда», а не «если». Понимаешь?
В глазах Виктора вспыхнул жесткий огонек. Впрочем, вот как раз этим меня было не удивить. Это для него стрельба в новинку, а нам с парнями пришлось хлебнуть всякого.
— Видал и не такое, — спокойно ответил я. — Если надо — справлюсь.
— Проверим, — кивнул Виктор. — Теперь к условиям. Сколько ты хочешь получать?
Хороший вопрос! Деньги для меня всегда были больным вопросом: в армии платили копейки, в легионе — вроде бы и неплохо, но по факту лишь на жизнь и хватало. А главное — я не в том положении, чтобы торговаться. Средств на житье в Москве у меня просто не было. Я не мог упустить это место!
Виктор вопросительно поднял бровь, давая понять, что пора было что-то отвечать:
— Мне много не надо. Думаю, долларов двести в месяц хватит.
Виктор приподнял брови.
— Двести? — переспросил он. — Плохо дело, парень. Ты себя не ценишь!
Я опустил глаза, понимая, что сморозил глупость. Виктор продолжил жестко, почти как командир на плацу:
— Запомни: если сам себя дешево продаешь, тебя дешево и купят! Твой опыт и риск стоят куда больше.
Он откинулся на спинку кресла, оценивающе осматривая меня с головы до ног.
— Я всегда плачу своим людям нормальные бабки. Для начала ты будешь получать полторы тысячи в месяц. Подъемные — тысяча. Купи себе хороший костюм, галстук — Константин знает, где это сделать за разумные деньги…
Мне показалось, что я ослышался.
— Полторы тысячи долларов? — уточнил я.
— А то! — усмехнулся Виктор. — Парень, не позволяй оскорблять себя, соглашаясь вкалывать за гроши! Я своих с лавэ не обижаю, Костя не даст соврать, но и спрос будет серьезный. Подходит?
Повисла тишина — не менее напряженная, чем тогда, в горах, перед тем как мы попали в засаду… Ощутив на себе цепкий взгляд Виктора, я твердо кивнул:
— Подходит. Я готов!
Виктор встал и неожиданно протянул мне руку:
— Отлично. Завтра в девять жду тебя здесь. Познакомишься с ребятами из охраны, и сразу займемся делом.
Я тоже поднялся и крепко пожал твердую ладонь бизнесмена. Никак не ожидал, что с ходу получу здесь такие деньги! Виктор, похоже, тоже остался доволен.
— Спасибо за доверие, — произнес я на прощанье.
— А вот благодарность ты покажешь делом, — жестко отозвался Виктор, кивнув на прощание. — До завтра. Маша проводит тебя в кассу — получишь подъемные.
И он снова потянулся к интеркому.
На улице пахло приближающимся дождем, и я вдохнул полной грудью прохладный влажный воздух. В груди у меня поднимались одновременно облегчение и азарт: я получил работу — не подачку, а настоящее дело, где пригодятся мои навыки, а простор для карьерного роста, как уверял меня Костян, был просто безграничен.
А еще я получил очень важный урок, не стоит размениваться на мелочи.
Я навсегда запомнил этот урок. И теперь пришло время применить эти знания в жизни!
Спокойно глядя в глаза молодого дворянчика, швырнул монету ему обратно и произнес на чистом французском:
