– Но почему магистериум запрещает магию? – спросила Катя.
– Серая Баронесса, та которая и собрала совет магистериума, является племянницей Алдарина, а следовательно и наследницей этого мира. Но к сожалению на ее пути к трону стоят более могущественные братья. Король Кронос и граф Мракор. Она знает о своих возможностях, поэтому не стала вступать в прямое противостояние с ними. Нарака, как и остальные из рода Алдарина имеет право на использование магии, поэтому, чтобы поставить своих братьев на равных с собой условиях и создала магистериум. Тех, кто отвергает и не пользуется этой силой, – прояснил Феарольф. – Навряд ли Серая Баронесса отказалась от идеи завоевать трон. Все ее действия изначально направлены на захват власти.
– Баронесса Нарака тоже обладает магией? – радостно подскочил книгочей. – Ого! Она, конечно, очень старая, но кто бы мог подумать, что ее жизнь длится сначала времен.
– Народ легко поддается
– Например, – усомнилась блондинка, побывавшая во многих заграничных городах.
– Четыре Великие Башни.
Марк в очередной раз удивленно подскочил.
– Все четыре сохранились?
– Все четыре, – кивнул Феарольф. –Раньше, когда человек не занимался освоением земель, скрывать магические сокровища было проще. А теперь и это не так сложно. Люди сидят в своих домах и наблюдают за миром через экраны телевизоров, подсунуть любую нужную информацию легко. Никто никуда не идет, никто ни к чему не стремится…
Катерина напряженно вытянулась.
– Вы обвиняете людей в скудности ума и отсутствии воли?
– Я никого ни в чем не обвиняю. Я излагаю то, что увидел.
– Но человек сам выбрал такую жизнь. Зачем пытаться что–то изменить, если он этого не хочет. Теперь я ещё больше не понимаю, зачем возвращать магию людям? Мы живем без нее, и живем совсем не плохо.
Феарольф опустил голову и через какое–то время раздумий ответил.
– Тот мир, в котором мы сейчас живем, создавался при помощи магии. Исчезнет она, исчезнет и все остальное. Не исчерпается жизнь, как таковая. Нарака уже избавилась от одного брата, освободившись от конкуренции второго, она сотрет со страниц Книги Жизни все, что было создано Алдарином и перепишет ее заново. И ни тебя, и ни меня на ее страницах не будет. Если хочешь жить, придется за это бороться.
– У баронессы есть такая сила? – удивился книгочей.
– Накалякать на пустых страницах, большого таланта не надо. Ей не хватает некоторых знаний, которыми обладал Алдарин. А именно тех, которые в реликвиях сокрыли старейшины. И ты Катя, являешься хранителем одной из них.
Девушка с красными волосами разочарованно вздохнула.
– Получается, моя миссия имеет все же глобальные масштабы?
– Каждая великая победа, состоит из небольших, но правильных поступков героя. Нам стоит лишь отважиться сделать выбор. Но делать его придется трижды.
– А я вот сделал выбор, – звонко произнес книгочей. – Я иду прощаться королем. Вы же не заставите меня остаться дома?
Феарольф и Драгазар переглянулись.
Последний пожав плечами, равнодушно произнес, – Хуже не будет.
– Не уверен, – возразил часовщик Вира, и все же был мягок. – Но на скорбь и поминание имеет право каждый. Я не могу запретить.
– Ееес! – воскликнул Марк и тут же осекся, поняв, что его возглас сейчас был совершенно не к месту. – Простите, просто очень рад. Правда, простите.
– Только я тебя сопровождать буду.
– Я только за, боюсь затеряться в этом городе.
Блондинка подскочила с дивана. – Тогда и меня возьмите!
Феарольф лишь вдохнул.
– Ну, тогда и я с вами, – вмешалась Катя и потрясла кипарисовой веточкой. – Вот, мне, между прочим, на могилу это отнести надо.
– А вот это плохая идея, – возразил Феарольф. – Нам не известно, что завещал король Кронос молодому наместнику и не известно, как он этими заветами воспользуется. Тебе лучше остаться здесь.
– Но?
– Нет.
– А как же?
– Здесь.
– Но все–таки?
– Придется.
– Что за…
– Согласен.
Катя обиженно надула губы и не проронила больше ни слова. Она отказалась от ужина и почти сразу отправилась наверх в подготовленную для нее комнату.
Прошло чуть больше часа. Входная дверь хлопнула и в мастерской Феарольфа Виры воцарилась тишина. Часы снова остановились, теперь стало ясно, что оживает время только в присутствии часовщика и только в небольшом пространстве. Вспомнив историю об остановленном здесь времени, Катя глубоко вздохнула и лишь сейчас огляделась: выделенная ей комната была небольшой и вполне уютной. Окна выходили на широкую улицу, освещенную двумя яркими фонарями. Девушка плюхнулась на скрипучую кровать и посетовала на очередную несправедливость. Ей очень хотелось послушать орфея, но ещё больше посмотреть на короля. Ведь его тело пронесут по главной дороге. А именно он должен был стать