А еще мне просто-напросто очень хотелось этого. Хотелось чувствовать его губы, силу, с которой он обнимает, прижимает к себе, проникает в мой рот. Желание, с которым подавляет, заставляет дышать собой и впускать в свою кровь.
С некоторых пор мне стало не хватать этого безумия. И потому я так быстро погружалась в него с головой.
Тихо выдохнула и перестала сопротивляться. В ту же секунду Дайрен поднял меня за бедра, заставив обхватить ногами, и, сделав несколько шагов к ближайшему дереву, прижал к стволу.
Дыхание выбило из груди. Я открыла глаза и встретилась с пылающим взглядом. Диким. Жгучим. Полным еще более темного безумия, чем мое собственное.
– Что ты делаешь? – сдавленно спросила я.
Дайрен отстранился от меня, словно ему это стоило большого труда. Широкая грудная клетка поднималась и опускалась критически быстро.
Он не успел ничего ответить.
– У тебя опять какая-то фурия пила кровь? – продолжала я, не узнавая собственный голос. Ядовитый, хлесткий.
Сердце стучало в горле. Непонятная обида, ревность застыла на кончике языка.
Рыцарь мрака стиснул зубы и резко ударил по стволу дерева возле моей головы.
Я зажмурилась.
– Да не нравится мне, когда она пьет мою кровь, ясно?! – бросил он мне в лицо. Жестко и зло.
Как прохладное персиковое масло на исполосованную кожу.
– Я потому и ушел с тобой, а не с ней, глупая маленькая фея! Но нельзя отказать царице. Ни в сексе, ни в крови. Почти никогда, – тише добавил он сквозь зубы. – Я первый рыцарь мрака. Такой же раб, как и все остальные. Только мой ошейник из крови и золота.
Тишина, оглушающая, звонкая. Взгляд, полный жестокого голубого огня. И тяжелое дыхание на моей щеке.
– Тебе не нравится, когда она делает это? – еле слышно спросила я, борясь с желанием прикоснуться к его лицу. Убрать эту тяжелую складку между бровей. Провести по виску, вдоль щеки. Заставить закрыться пылающие гневом глаза и открыться пылающими страстью.
– Нет, – отрывистое.
– А… секс? Ты…
– Не многовато ли вопросов, цветочек? – скривился он. – Я не обязан отчитываться перед тобой. Не путай роли. Это не ты здесь взбешенный рыцарь мрака, и не я – глупая феечка, пытающаяся покончить жизнь самоубийством.
– Я тоже не пыталась покончить жизнь самоубийством! – возмутилась в ответ, краснея.
– Это тебе так кажется, – сжал губы он. Закрыл глаза и глубоко вздохнул. Немного успокоился и только тогда произнес: – Иди в дом. Нам нужно поговорить.
– А ты? – бросила я, когда он едва ли не развернул меня силой и не направил в сторону особняка.
– Я иду следом.
Всю недолгую дорогу до его кабинета мы провели в молчании. И только когда дверь за нами с шумом захлопнулась, он встал напротив меня и скрестил руки на груди, прожигая все таким же горящим взглядом.
– Не хочешь присесть? – спросила я неуверенно.
– Нет, – ответил резко и тут же перешел к делу. – Так больше продолжаться не может.
Сердце упало куда-то глубоко вниз.
– Что ты имеешь в виду? – сдавленно выдохнула я, все еще чувствуя на губах его вкус.
– Почему ты пыталась сбежать? – продолжал он, даже не думая отвечать на мой вопрос.
Жар ударил в голову.
– А почему я должна хотеть остаться?! – воскликнула даже громче, чем хотела. – Что бы ты там себе не думал, мне дорога собственная жизнь.
– А разве твоей жизни здесь что-то угрожает? – спросил он с раздражением. – Ты живешь в огромном доме, в собственных комнатах. В твоем распоряжении вся прислуга. Одежда, сшитая на заказ и блюда, не уступающие царскому столу.
– Ах, одежда… ну, конечно, – я подняла глаза к потолку и наигранно задумалась, – А, дай-ка припомнить. Кажется, кто-то собирался отдать меня царице, как только наиграется. Кто же это был? Ах, так это же ты!
Дайрен сжал зубы.
– Можешь не бояться. Элеандора не узнает о тебе. Как только… ты расскажешь мне все, что помнишь о своем фейском прошлом, я тебя отпущу.
Резко выдохнула. Не поверила своим ушам. Даже голова закружилась.
– А если я скажу, что уже рассказала все? – спросила вдруг, и голос неожиданно охрип.
Спрашивается, зачем я тяну мантикору за жало? Могла бы просто покивать и через пару вечеров спокойно исчезнуть из этого дома. Так зачем я проверяю границы терпения Дайрена?
Ответ был до ужаса прост. Мне не хотелось, чтобы он меня отпускал.
Снова Дайрен был прав. Похоже, я и правда глупая феечка с мазохистскими наклонностями.
– А ты рассказала все? – переспросил мужчина значительно тише. Задержав дыхание.
Что я должна ответить? В ушах застучало. Я невольно облизала нижнюю губу, судорожно сжав подол серебристо-серого платья, в котором собиралась бежать. Дайрен выглядел натянутым, как струна.
– Да…
О, Флора, зачем?!.
Челюсти, сжатые почти до хруста. Кулаки – до кровавых полос от ногтей.
Отпустит, или это была ложь?
Секунда. Вторая…
– Можешь быть свободна, – процедил сквозь зубы мужчина. Взмахнул рукой, и дверь в кабинет раскрылась, с громким стуком ударившись о противоположную стену. Отвернулся и в несколько шагов пересек комнату. Взял книгу, лежавшую на столике возле камина, невозмутимо упал в кресло и пролистнул страницы.
Больше ни одного взгляда в мою сторону. Ни одного звука. Ни одного слова.
