Канонир Якубяк приподнялся на локтях, тяжело повернулся, стал на колени перед деревом, под которым лежал, и, размашисто крестясь, запричитал:
— Прими, господи, души умирающих…
Грабовский сорвался с места как ошпаренный.
— Заткни глотку! — крикнул он не своим голосом. — Заткнись, холера тебя возьми!
Капрал сильно побледнел, подскочил к дереву, схватил канонира трясущимися руками за воротник, одним сильным рывком поставил на ноги и, притянув его лицо почти вплотную к своему, заорал:
— Ты что, сукин сын, раскаркался! Ты что раньше времени хоронишь своих товарищей!
Отпустив канонира, Грабовский отвернулся. Чувствуя на себе взгляды солдат, понимал, что должен им что-то сказать, что-то объяснить, но не мог выдавить из себя ни звука. В голове шумело и стучало, словно там били по наковальне тысячи молотов. И как раз в это время зазвонил телефон. Капрал в два прыжка был у аппарата.
— Открыть огонь, Грабовский, — послышался в трубке голос капитана Домбровского. — Пост «Пристань» просит о поддержке. Больше всего досаждает им пулеметный огонь с морского маяка.
— Слушаюсь, пан капитан! Открыть огонь по маяку! — повторил капрал и после некоторого колебания решился спросить: — А как, пан капитан, на «Пароме»?
— Держится. Попробуйте после маяка снять немецких пулеметчиков на элеваторе.
— Слушаюсь!
Грабовский положил трубку и выскочил из блиндажа. Не прошло и нескольких секунд, как пушка была готова к стрельбе.
— Цель — пулемет в окошке морского маяка! — высоким голосом скомандовал капрал. — Прицел четыреста! Граната, заряд нормальный!
Наводчик спокойно направил в цель ствол пушки; движения солдата были точны, размеренны. Клацнул замок.
— Готово! От орудия!
Все мгновенно отскочили на положенное расстояние. Грабовский резко опустил поднятую руку:
— Огонь!
Пушка дернулась, из ее ствола вырвался длинный язык пламени, вслед вылетевшему снаряду потянулась белая полоска дыма. По другую сторону канала, в высокой башенке маяка, под самой крышей, сверкало красными огоньками небольшое окошко. Весь расчет всматривался теперь в этот выделяющийся на темной кирпичной стене башенки светлый квадрат, ожидая, что выпущенный из их пушки снаряд сделает свое дело. Но огоньки в окошке сверкали по-прежнему, и вражеский пулеметчик непрерывно сыпал очередями по посту «Пристань».
Канонир Жолник громко сплюнул и сурово посмотрел на наводчика. Тот, заметив немой укор на лицах товарищей, пытался было оправдываться, но Грабовский уже снова скомандовал:
— К орудию!
Капрал тоже почувствовал некоторое разочарование. Он, правда, знал, что на новой позиции любое орудие при первом выстреле несколько осаживается, и потому первое попадание не всегда бывает удачным. К тому же их пушку доставили на Складницу по частям, какой-то оружейный мастер из моряков собрал ее здесь на месте, а пристрелять так и не было возможности. Все это были веские причины для оправдания неудачного выстрела, но все же подсознательно капрал рассчитывал на лучший результат. Подав команду на повторный выстрел, он не изменил прицела и теперь, вытянув голову и сильно напрягая зрение, с беспокойством следил за окошком на башенке маяка.
— Есть! — радостно воскликнул он.
Пулемет на башенке умолк. Окошко под крышей стало почти вдвое шире прежнего, от стены поднялось облако кирпичной пыли, а весь маяк начало заволакивать дымом.
Грабовский увидел, как выпрямился во весь рост наводчик и с гордостью смотрит на окруживших его улыбающихся товарищей, а подносчик снарядов уважительно похлопывает героя по плечу. Капрал тоже не смог сдержать улыбки и тут же, погладив украдкой ствол пушки, подал очередную команду. Заряжающий открыл замок. Из ствола выпала и покатилась по площадке горячая гильза. Подносчик тут же подал новый снаряд.
Грабовский встал позади наводчика и указал ему следующую цель: в одном из окон второго этажа правого крыла здания управления порта тоже было засечено пулеметное гнездо. Наводчик Клыс работал внимательно, сноровисто и через несколько секунд доложил о готовности.
— От орудия! — снова скомандовал Грабовский, поднимая руку. — Огонь!
Снаряд пошел, как по шнуру. Окно с вражеским пулеметом провалилось внутрь здания. В стене зазияла черная, наполненная дымом дыра.
— К орудию!
И опять быстрые и точные движения, выполняемые в строго размеренном темпе. Подносчик Спижарный подал снаряд, заряжающий Якубяк открыл замок, наводчик Клыс склонился над прицелом, а установщик Жолник развернул ствол на следующую цель — на изрыгавшее пулеметный огонь окно под плоской крышей портового склада.
— Огонь!
