Увидели, что совсем неподалеку от коша сбилось в кучу их стадо, а вокруг весело бегала овчарка, сторожила овец, и кругом на снегу лежали мертвые волки. Подивились пастухи смелости и силе собаки, обрадовались, и сделалось им совестно, что плохо о своем госте подумали. «Должно быть, он знал что-то, когда псу целый курдюк отдал», — решили они.
Пригнали стадо на кош и сказали:
— Спасибо тебе, друг! Хотим мы подарить тебе половину своего стада. Хорошо ты вчера надумал нашу овчарку покормить, придать ей силы.
— Не могу я такой подарок принять, труда моего тут не было, — отнекивался гость.
— Тогда возьми, что сам пожелаешь, — предложили пастухи.
Надо вам сказать, когда пастухи гнали отару в кош, гость приметил, что позади всех семенит маленький белый ягненочек.
— Почему ты все отстаешь, мой маленький? — спрашивала его мать.
— Счастье всего стада лежит на моей спине. Мне очень тяжело, — жаловался в ответ ягненок.
— Вот это дело доброе, — согласился гость. — Подарите мне вон того белого ягненка, что плетется позади всех.
И пастухи, довольные скромностью гостя, отдали ему белого ягненка, так и не узнав, что отдают счастье своего стада. С тех пор как принес этот человек белого ягненка к себе во двор, стал он богатеть и зажил в полном довольстве.
Отдыхал он как-то раз под вечер с женой на пороге своей сакли и услышал разговор петуха с курицей. Петух нашел зернышко проса и уговаривал курицу:
— Кушай, курочка, кушай!
А курочка отказывалась:
— Куд-куда мне? Куда? Я и так сыта. Кушай ты сам!
Разговор этот позабавил его, и он рассмеялся от души.
— Чему ты смеешься? — спросила жена.
— Над петухом смеюсь, как он курицу угощает.
— Расскажи мне! — попросила жена. — Может, и я позабавлюсь, что за разговор у них?
Но муж не хотел говорить. Уменье свое он хранил про себя и знал, что если откроет его кому-нибудь, навсегда потеряет его и не будет больше понимать язык зверей и птиц.
Жена рассердилась, расплакалась и приставала к нему до тех пор, пока он не исполнил ее просьбу. Открыл свою тайну. Уменье свое он навсегда утратил.
Слышали вы сказку своими ушами. Живите же долго-долго, чтоб своими глазами все услышанное увидеть!
В давние времена, когда в реках текла не вода, а мед и молоко, когда курица ходила в гости к лисе, а волк дружил с овцой, в одном горном ауле стали пропадать люди. Жили в этом ауле три брата. Отец с матерью у них тоже исчезли, и росли они одни.
Прошли годы, выросли братья. Старшие были тихими да боязливыми, ни с кем из соседей не разговаривали, и никто даже не знал их по имени. Зато все в ауле знали и любили младшего брата за храбрость и мужество и называли его Темир-Болатом, Темир — значит железный.
В один из летних дней отправились братья на охоту. Поднялись на высокую гору и построили там шалаш для ночлега. Устали братья, а тем временем и вечер настал. Решили они отдохнуть и легли спать.
Утром Темир-Болат со средним братом отправился на охоту, а старшего оставил в шалаше готовить еду.
Только закончил он варить обед, как кто-то позвал его:
— Эй, ты!
Вышел старший из братьев и увидел перед собой чудище: сам с вершок, а борода в семь вершков; сидел он верхом на петухе, седлом ему была лягушка, поводьями были змеи, а вместо плети — ящерица.
— Что же ты стоишь, помоги мне спешиться! — прошипел Сам-с-вершок.
Испугался старший брат, ни слова не сказал, снял чудище с петуха и внес в шалаш. А карлик приказал:
— Ох и проголодался я, накорми-ка меня скорее!
Что было делать старшему брату? Подал он незваному гостю котел свежего мяса. Не успел джигит оглянуться, а гость уже съел все, что было подано, да еще остался недоволен. Приказал он джигиту назавтра приготовить побольше еды.
— Твое счастье, что накормил меня, а то унес бы я тебя. А уж если кто попадает ко мне, живым не уходит, — сказал карлик сердито, сел на своего петуха, да и был таков.
Вскоре вернулись с охоты Темир-Болат со средним братом. Проголодались они за день и попросили есть.
— Не смог я ничего приготовить, — ответил им старший брат, — сильно болела у меня голова.
Быстро приготовил Темир-Болат еду. Поели братья и легли спать.
На следующий день дома остался средний брат. Только закончил он варить обед, как появился Сам-с-вершок, потребовал еды, а когда насытился, уехал на своем петухе.
Вернулись Темир-Болат со старшим братом и попросили накормить их. Средний брат сказал, что у него болел живот — не смог он приготовить обед. Опять Темир-Болат быстренько приготовил еду, но заподозрил что-то неладное.
На третий день остался дома младший из братьев, Темир-Болат. Только приготовил он еду — не успел еще очаг погаснуть, — как появилось чудище на петухе. Не растерялся Темир-Болат.
— Добро пожаловать, будь гостем, — сказал он вежливо чудищу.
— Скорее помоги мне спешиться! — крикнул тот. — И не слова твои слушать приехал я, а угощаться.
Но Темир-Болат не стал снимать его с петуха: он только придержал повод. Бормоча проклятия, недовольный гость слез с петуха и сам вошел в шалаш.
