– Я не могу! – умоляюще смотря на жениха произнесла девушка. – Я еще не привыкла к тебе. Не привыкла к тебе как к жениху. Дай мне время.
– Хорошо! Давай тогда прогуляемся. Здесь выше отличное кафе, как раз до него с тобой и пройдемся.
На город опускались сумерки. Шамсият и Осман молча лишь иногда улыбаясь друг другу, медленно шагая шли по проспекту. И каждый размышлял:
«Интересно, а в кафе можно с женихом пойти посидеть, – возникли мысли в голове Шамсият: – Вот мама, столько всего объясняла а самое основное не говорила. Если я сейчас и в кафе откажусь пойти, Осман совсем на меня обидится и подумает, что я страдаю паническими расстройствами».
«Чем больше я узнаю эту девушку, тем больше она меня восхищает и тем сильнее я начинаю ее любить. Я даже не думал, что она такая робкая. Ее робость сводит меня с ума. Такая милая, нежная, робкая и моя. Нет! Все еще не моя!»
Абдулджалил со своим братом, другом и наставником Али сидел за столом в кабинете Али пили сладкий чай и перекусывали бутербродами. Абдулджалил проходил практику в офисе Али.
– А ее уже засватали! Представляешь, даже не ожидал, что это будет так скоро. И кто ее засватал! Осман, наш одногруппник. Ходят теперь жених и невеста и все их поздравляют.
– Этого было не избежать. Девушек сватают и они быстро выходят замуж. Ты держись брат. Ты принял верное решение. Лучше разбитое сердце чем разбитая жизнь.
– А ты сам как Алишка?
– Нормально! Нормально! Сам не ожидал, что так скоро приду в себя. Ты же помнишь, в каком я был состоянии. Спасибо Арслану Магомедовичу, вошел в положение, дал пару дней на реабилитацию. Ребята поддержали, не дали наделать ошибок. И вот! Жизнь налаживается. Даже с девушкой познакомился. Сам не ожидал, что разбитое сердце так отходчиво. Видел недавно Хатиму, нулем, – никаких чувств кроме злости и разочарования к ней не осталось. Представляешь? А ведь мне казалось, что жить без нее не смогу. Оказывается могу. И прекрасно могу. Даже другим человеком себя ощущать начал. Никто не давит своим авторитетом, прошло чувство собственной несостоятельности и вечного должника перед ней которые в течении стольких лет она мне внушала. Сердце больше не болит Абдулджалил. Но душа болит. И наверно будет болеть всю жизнь. Хатима ведь мне и моим детям жизнь сломала. Я могу жену найти новую. И детей она мне родит. Но никто и ничто уже не вернет полноценных семейных отношений с моими Мурадом и Аидой. Хатима разбила мне сердце и жизнь. Сердце уже зажило. А вот жизнь никогда не станет прежней. Простой, обычной как у всех. Понимаешь?
– Да. Конечно понимаю! Может вы все же помиритесь еще. Ты ведь не дал Хатиме все три развода. Может все еще образуется. Все же Хатима луче чем на другой жениться. Ради детей.
– Нет, Абдулджалил, – тяжело вздохнул Али. – Я дал Хатиме все три развода. Она недавно звонила. Просила развод. Я дал.
– Зачем? Ты же не собирался ей развод давать. Всякое бывает. Может образумилась бы твоя Хатима. Мог бы хотя бы все три не давать.
– Она замуж выходит. Пусть забирает свои разводы. Мне она после другого уже не нужна.
Эта новость для Абдулджалила была как гром среди ясного неба.
– Как! Так скоро? За кого выходит?
– Там за богача одного. Ген.директор какой то фирмы. Как она и мечтала.
– А как же дети? Они с кем будут? Он принимает детей?
– Второй женой она выходит. Конечно ему мои дети не нужны. У него своя семья есть и свои дети. Он же жить с ней не будет. Так, захаживать. Но как видишь: женщины предпочитают отрывать собственных детей от отцов, и становиться вторыми женами толстосумов, лишь бы не жить скромно и просто с обычным работягой мужем, единственной и любимой женой, с отцом твоих детей.
– Брат, держись! Я представляю как тебе тяжело.
– Главное, что этот мужик не будет претендовать на моих детей. Не будет лезть к ним со своей моралью. У него своих детей хватает. К моим лезть с воспитанием не будет.
Абдулджалил еще раз убедился в правильности своего решения. У него разбито сердце, а у Алишки жизнь. Как сказал Алишка, сердце очень быстро восстанавливается, даже шрама не останется, а вот сломанную жизнь уже не склеишь. Можно только на руинах строить новую. Но руины всегда будут обжигать душу, и жизнь уже никогда не будет обычной, простой как у всех.
Вежливая девушка с именем на бэйджике Джамиля, вытащила из под стекла красивую коробку с колечком и улыбаясь, осторожно передала Шамсият. Девушка бережно взяла его и примерила на свой безымянный палец левой руки. Кольцо подошло по размеру. Идеально круглое и плоское, с мелкими росинками бриллиантов вдавленными в драгоценный металл вокруг по всей поверхности, без завитушек и выступающих деталей, – Шамсият считала, что обручальное кольцо должно быть именно таким. Она протянула руку Наиде Омаровне и Сабине, что бы те оценили кольцо. Особенно важно было одобрение будущей свекрови.
– Красиво, очень красиво! – одобрительно улыбнулась женщина. – Так значит это и берем.
