– Я посылал генерала Мадатова для переговоров с Аббас-мирзой. Что же узнает князь Валериан Григорьевич? Все разбойники, все изверги, все неприятели наши находят убежище в Персии! Старая лиса Сурхай, бывший хан казикумухский принят во дворце наследника. Гуссейн Кули-хан, бывший владетель Баку, убийца князя Цицианова, владеет землями у Каспия именно на границе с Талышинским ханством. И царевич Александр, сын великого грузина Ираклия Второго, постоянный возмутитель спокойствия, получает в управление земли, смежные с Карабахом. Как?! Его отец защищал Грузию от полчищ персов, а этот изменник служит потомкам Ага-Мухаммеда, того, что вырезал Тифлис почти поголовно!..
«Александр Ираклиевич, – комментировал себе самому Новицкий, – служить будет кому угодно – персам, туркам, афганцам, англичанам, французам, всем, кто обещает ему вернуть хотя бы кусочек трона его отца. Хотя в лета царевича пора бы уже перестать питаться несбыточными мечтаниями. Надежда – хороший завтрак, но плохой ужин, как сказали бы читатели Ричарда Кемпбелла…»
– Генерал Мадатов показал персам и шашки татарской конницы, и штыки сорок второго егерского полка. Уверен, что этот парад отобьет у Аббаса-мирзы охоту трясти копьями и ятаганами. Тем более, что у него достаточно проблем с турками и афганцами. Он писал мне, что разбил и тех, и других. Но я имею точные сведения, что и те, и другие, напротив, его основательно потрепали. Тем не менее считаю, что воспаленное самолюбие наследника персидского трона может быть для нас весьма и весьма опасно. Я прошу у государя еще одну дивизию, чтобы расположить ее батальоны по самой границе. Мы знаем, что Гюлистанский договор оставил два спорных участка – в районе крепости Мигри и на севере озера Гокча [84]. Для окончательного устройства граничной линии из Петербурга направляется посольство князя Меншикова. Дипломаты вместо гренадеров и егерей…
По кабинету опять легкой волной прошел недовольный гул. Ермолов и добивался такой реакции, но сделал вид, будто не замечает настроение слушателей, и продолжил, еще более усиливая напряжение:
– Помимо того, в Петербурге изготовили чудесный подарок для Фетх Али-шаха. Хрустальный трон выдули умельцы на столичных заводах. Чудо сие ныне следует водным путем в Астрахань, а потом будет отправлено вдоль берега Каспия. Нам предписано обеспечить его сохранность.
С высоты своего роста Ермолов отыскал среди прочих голов Новицкого и едва заметно ему кивнул. Сергей кивнул в ответ и поджал губы: он и без знака командующего хорошо понимал, кому поручат это неприятное дело.
– Петербург хочет мира. Мира и только мира. Там уверены в благоразумии персиян. Государь убежден, что полкам нашим достаточно дела и на Кавказе. Да кто бы из нас решился разуверять императора Александра Благословенного?! Он требует от нас употребить все силы к сохранению мира. И кто же из нас решится нарушить монаршую волю?! Но говорили же древние: si vis pacem, para bellum. Если хочешь мира, готовься к войне. Господа, призываю вас всех и каждого…
Что поручил командующий каждому, сообщал уже Вельяминов. Резкий голос начальника штаба Новицкий слушал уже рассеянно. Ему было достаточно своих задач, а теперь к ним добавилась новая, не самая легкая и понятная. Впрочем, когда Ермолов объявил, что совет закончен, Сергей не мог отказать себе в маленьком удовольствии посплетничать с Грибоедовым.
– Чем ваши персы собираются платить за Талыш?
– Мои? – притворно изумился советник по иностранным делам. – Они столько же мои, сколько же ваши. Причем вашими в ближайшем будущем они будут в гораздо большей степени, чем моими.
Грибоедов намекал на поручение, данное Новицкому. Путь ценного груза из Петербурга как раз и пролегал по землям спорного Талышинского ханства.
– И все же – откуда Аббас-мирза надеется взять столько золота? Он же оплатил армии войну с афганцами; он ввязался в неимоверные расходы, пытаясь отогнать турок. И еще надеется у нас откупить приграничные земли?
– Английское золото, индийские бриллианты, – ответил Грибоедов, не раздумывая. – Причем, заметьте, Сергей Александрович, поддерживает и снабжает наследника даже не правительство Его Величества, а – Ост-Индская компания, частное предприятие. Они не обязаны отчитываться в своих действиях. А между тем распоряжаются огромными средствами и даже собственной армией. Если бы только нам удалось организовать здесь, за Кавказским хребтом, нечто подобное, мы могли бы действовать решительнее, свободнее и продуктивнее.
– Но как бы мы тогда сочетали наши действия с интересами всего государства? – осведомился Новицкий.
Глаза Грибоедова за круглыми стеклами очков весело заблестели.
– А разве интересы всего государства не складываются из нужд каждого из его граждан… – начал было он говорить, но голос его вдруг заглушил зычный рык Ермолова.
– Гусар! Подойди-ка быстро сюда. Тут до тебя дело касается.
Новицкий развел руки, принося извинения собеседнику, и поспешил к столу командующего.
