Основа договоров та же: приглашались отдельные войсковые подразделения-орды (по тюркски – порядок) на службу к тому или иному князю или государству Так, вероятно, и возникали – “рязанские казаки”, “белгородские”, “ московская служилая орда” и др. А поскольку национальный состав казаков неоднородный, то у современников возникало впечатление, что “татары пришли”. Собственно, для степняков, ничего пока не изменилось: и столетие назад, точно так же приглашали их предков на воинскую службу князья: киевские, суздальские, поляки, литовцы. Иное дело, что теперь казаки сами начинают осознавать свое отличие и от татар, с кем их теперь, разделяет религия, и от литвинов, и от поляков. Они ощущают свою собственную национальную принадлежность к новой общности, к казакам. В большей степени это относится к Донским и Днепровским казакам, в меньшей – к Яицким, Терским. Те как жили родами племенами и ордами, так и продолжали жить. Но постоянное взаимодействие, постоянная готовность прийти друг другу, на выручку при столкновении с противником, кем бы он не был, в том числе и с монголами, у казаков всех областей осталось и укрепилось. Как говорится: казак – он и в Африке – казак!
Историк А.А. Гордеев, который внимательно анализировал этот период жизни казачества, предлагает свою концепцию возникновения казачьих войск. Он считал, что, все дело в "полонах." "Полоны" – это отряды молодых мужчин, которые не умеют, не приучены воевать, и которых пригоняли из славянских княжеств и поселяли среди казаков единоверцев, чтобы те учили их искусству войны. Поскольку "полонов" было великое множество, то, считает Гордеев, в новом населении растворились былые самобытные черты половцев, бродников, черкасов… А из этого нового сообщества, теперь уже как бы сословия, образовалось казачье войско, откуда монголо-татары набирали обслугу для переправ, охраны дорог и ямской гоньбы.
Суждения у А.А..Гордеева интересны и кое в чём, пожалуй, справедливы, но многое рассыпается от первого критического взгляда. Например: татары учредили уникальную по тем временам почту и службу на дорогах, ямскую гоньбу, но служили в ней не казаки, а ямщики. Они долго, в плоть до упразднения ямской службы, в России оставались обособленным сословием, но считали себя русскими, татарами, чувашами и т.д. А казаки упорно твердили, что они – народ.
Что же касается "обрусения" степняков, по влиянием ассимиляции с полонами, то эта проблема много сложнее, а процесс более длительный…
Итак, на дворе XIV век. Неспокойно в Золотой Орде. Религиозная реформа хана Узбека -обращение языческих орд в мусульманство – вылилась в тяжелейшую многолетнюю войну. Принятию ислама в Великой степи сопротивлялись многие, причем, если в Золото Орде -это вызвало сравнительно небольшие хотя и кровавые столкновения от в Белой Орде и в Синей Орде война была затяжной и кровопролитной , да ислам тамошние жители приняли формально.
Казаки – ордынцы, а этого времени уже можно их так называть, следили происходящими событиями с большим опасением. К тому же и среди казаков тоже" произошло разделение: днепровские казаки /"козаки",' так именовали их поляки/ стали в оппозицию и к татарам и к их центру в Крыму, приняв сторону Европы и, в частности, Польско-литовского королевства.
Донские казаки оказались в очень сложном, почти безысходном положении. Географически они были в самом центре Орды, а Орда стала исламской. Крепнущее Московское государство, добиваясь независимости от Орды вело, непонятную для казаков политику: то сотрудничало с Ордой, то конфликтовало. Жернов Орды и жернов Москвы все чаше возвращались не согласованно, а между жерновами оказывались южные русские княжества, в частности, Рязанское и казаки.
Теперь Орда налагала на казаков уже не союзнические обязательства, а повинность. Союзнические отношения с Ордой становятся все опаснее: бесчисленные "полоны" идут через казачьи земли, чтобы после военной подготовки, пополнять татарские войска в Китае и Средней Азии. Великая Империя Чингисхана трещит по швам, нужно много войск, чтобы сдерживать центростремительные силы разарывающие державу чингизидов. Из "полонов" "терялись" беглецы-дезертиры, оставались среди казаков. Они тяготели к Руси, а Русь сплачивалась вокруг Москвы, судьба этих несчастных не могла, не затронуть сердца казаков, которые сочувствовали и помогали своим единоверцам против теперь уже исламской Золотой Орды.
Значительный казачий корпус был переселен чингизидами на Яик: в его задачу входило разъединение враждующих Белой и Синей Орды. К этому казаки отнеслись спокойно. Чтобы понять пространственное мышление казака – ордынца, нужно поставить себя в центр степи между Днепром и Уралом: поскольку всю эту территорию казаки и раньше и потом считали своей. Переселение на Урал было простым переходом с одной границы – Московской, на другую – Ордынскую. А потом на Дону началось такое, что казаки всё чаще и чаще жались к русским границам к русским княжествам.
