На следующий день юноша вернулся в аул невесты и рассказал: «В пути к родителям я ничего не видел, а вот когда ехал обратно, увидел в безлюдной степи, что один ягненок сосет целую отару овец, причем так сильно, что молока всех овец ему не хватает. После этого видел уже в другой бескрайней степи одинокий дом. Я подъехал к нему, крикнул хозяевам, чтобы вышли мне навстречу, но никто не появился. Тогда я сошел с коня, открыл дверь и вошел в дом, но внутри дома не было никого живого, а валялись только мертвые тела. А вышел из дома и увидел группу молодых женщин, которые шли своей дорогой. Я хотел присоединиться к ним. Но сколько ни скакал за ними на своем быстром коне, как ни пытался их догнать, так и не смог даже приблизиться к ним. А через некоторое время эти девушки вовсе исчезли».
Тогда Жайык, тесть юноши, говорит ему: «Отара овец, которую ты видел в бескрайней степи, и ягненок, который сосет их и не может насытиться, — это наш народ и баи, которые пьют кровь народа и не могут насытиться. Второе видение — юрта с телами мертвых людей, это мы сами, снаружи мы как красивый дом, а внутри у нас мрак разложения и всяческая вонь, такие у нас мысли, так устроены люди. Группа девушек и женщин, которые шли своей дорогой, а ты даже на быстром коне не смог их догнать, — это твоя цель, твоя мечта, с которой ты приехал к нам. Но если ты не смог их догнать, то значит, и мечте твоей не суждено сбыться…» Так он сказал.
На другой день юноша на своем быстром коне отправился к себе домой, к отцу и матери. Невеста его сказала, что заболела и слегла. Болезнь ее оказалась очень серьезной, и через два-три дня она скончалась.
Услышал жених эту горькую весть, оплакал свою дорогую невесту, посетовал на безжалостную судьбу, не давшую им соединиться, и велел похоронить ее на том же холме, где был похоронен его волшебный крылатый конь. Так и сделали, как он сказал. А юноша с плачем возвратился к себе домой.
И сейчас в восточной стороне города Уральска есть холмы, которые называются «Торатбасы» — «Голова волшебного коня», «Кыземшек» — «Девичья грудь», «Шынгырлауык» — «Голосистый».
Жил когда-то давным-давно на свете искусный охотник, кормивший мясом диких животных все свое племя. За это люди были благодарны охотнику. Он с каждым разом приносил все больше и больше добычи. Однажды, охотясь на стадо диких куланов, охотник загорелся неутолимой жаждой крови и стал стрелять во все живое без разбору. Его друзья, не сумев остановить стрелка, в ужасе покинули его, а он в жестоком азарте продолжал убивать.
Когда охотник увидел белую хромую матку горного козла, он тут же погнался за ней, уверенный в легкой добыче. Но коза, как заговоренная, ускользала от его стрел, поднимаясь по скалам все выше и выше в горы и уводя охотника за собой.
Неожиданно она скрылась из виду, точно растворилась в воздухе, а охотник обнаружил себя на вершине высоченной горы, покрытой льдом. Спуститься с нее он не смог и вскоре погиб от голода и страха.
Люди же его племени рассеялись по всему миру, а местность эта до сих пор остается покинутой даже животными.
Однажды хан Аз Жанибек праздновал три тоя подряд. Первый той был им устроен по случаю окончания строительства города Астрахани. Второй той он устроил после того, как налил в озерную воду сладкий сахарный раствор, напоил им лебедя, а потом позволил луню напасть на лебедя и убить его. Третий той Аз Жанибек устроил в честь женитьбы Тастемира, сына бая Мыгалы, на родной сестре хана — красавице Каныбет. На все три приглашения Асан Кайгы не явился.
Тогда хан в четвертый раз посылает к поэту специального гонца. На это приглашение Асан Кайгы всё-таки явился. Увидев престарелого мудреца, Аз Жанибек спросил его: «Я трижды приглашал тебя к себе на праздники, но ты не явился. Почему?»
На вопрос хана Асан Кайгы ответил так:
