Офицерами-инструкторами к 1909 году являлись: гвардии штабс-капитан А.Н. Перебиносов (пехота), есаул А.Г. Блазнов (кавалерия) и капитан В.И. Ушаков (артиллерия). Вместе с офицерами в бригаде состояли военный врач Войцюшко и шесть младших инструкторов: вахмистр Бондаренко (артиллерия), вахмистры Кравцов, Колесников и Сафронов (кавалерия), вахмистр Нерубайский (пластуны) и ветеринарный фельдшер Плис (казенный конский состав).
Обеспечение русских офицеров в Персии считалось достаточным, но отнюдь не роскошным. Младшие офицеры получали до 5 тысяч рублей в год от тегеранского правительства, с сохранением за ними русского жалованья. Семейному офицеру, в силу установившихся в Тегеране традиций, приходилось тратить все содержание на представительство и жизнь, ничего не откладывая. Холостым офицерам также следовало жить по-барски, иметь собственный шикарный выезд и пр. — иначе «не поймут» и будут относиться как к авантюристу, приехавшему в Персию для легкой наживы.
Вахмистры получали русское содержание полностью, включая фуражные; от бригады им отпускался денежный оклад, примерно равный жалованью младшего офицера в России, при казенной квартире и отоплении. Обыкновенно люди семейные, вахмистры в стране сразу обживались, хорошо говорили по-персидски, в строевом и дисциплинарном отношении вели себя безукоризненно.
Легкой службу русских офицеров и урядников в бригаде назвать было нельзя. Протекавшая при полном напряжении сил в местности с тяжелыми климатическими условиями, она вдобавок при малочисленности русских инструкторов взваливала на каждого множество обязанностей.
Генерального штаба полковник Владимир Платонович Ляхов занимал особое место в истории бригады. Для русского дела в Персии он являлся важнейшим работником. Представительный (был похож на Императора Александра III), энергичный, строгий по слркбе, безукоризненно справедливый, Ляхов имел огромное влияние при дворе шаха. Полковник многое сделал для расширения бригады, для упрочения ее положения и высоко поднял в Персии престиж русского имени. Рыцарское отношение его к шаху, интересы которого он был обязан поддерживать всеми силами, прямота в действиях заслужили ему общие симпатии.
За три года командования бригадой, с 1906 по 1909, полковник Ляхов удостаивался от персидского монарха: портрета Его Величества Шаха, осыпанного бриллиантами, бриллиантовой звезды и ленты к
КАЗАКИ В ПЕРСИИ 1909-1918 ГГ.
ордену «Сардари» (за усердие и особые заслуги) и шашки 1-й степени, осыпанной бриллиантами. В Великой войне на Кавказском фронте, за оборону Батумского укрепрайона и участие в Трапезундской операции, командир Приморского отряда генерал-майор Ляхов был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени637 и Георгиевским орркием.
С началом Великой войны и образованием Персидского фронта Казачьей Его Величества Шаха бригаде пришлось играть значительную роль в охране дорог от разбойников, вести борьбу с непокорными кочевниками, помогая тем самым войскам Экспедиционного корпуса в тылу и на флангах.
В ноябре 1915 года отряд есаула Мамонова в составе двух сотен персидских казаков, двух орудий и двух пулеметов дрался в окружении при Сенне (Курдистан), пробиваясь с боем через шайки мятежников и наемников и неся потери638. В августе 1916 года Персидской Казачьей бригады ротмистр Верба с двумя сотнями казаков доблестно действовал под Исфаганом639. В октябре того же года в Курдистанском отряде под командованием войскового старшины Горбачева состояли казаки-персы: артиллеристы (два орудия) и пулеметчики с двумя пулеметами640.
Боевая работа отряда есаула Мамонова отмечалась в Курдистане, в Моссульской операции, за личную храбрость в октябре 1916-го он представляется к ордену Святого Георгия 4-й степени. Тогда же командующему Персидской Казачьей бригадой подполковнику Прозоркевичу вместе с рапортом об отличии казаков подаются два наградных листа «на Есаула Мамонова для удостоения его к производству в Войсковые Старшины и по второму листу в Полковники»641.
Для охраны района от разбойничьих шаек в Энзели-Рештский отряд на ноябрь того же года входили две сотни и два орудия Персидской бригады под началом войскового старшины Мамонова642.
Стратегические соображения побудили русское командование приступить к переговорам с персидским правительством об увеличении численности бригады и развертывании ее в дивизию. Обмен нотами 23 июня 1916 года между персидским премьером и союзными миссиями привел к заключению соглашения, по которому численность
Казачьей бригады предполагалось довести до 10 тысяч человек и создать 7 новых отрядов на севере Персии и в Исфагане643. В Южной Персии на подобных условиях, под руководством английского генерала Сайкса, стала формироваться южная бригада (эспиар).
