— Всё в порядке, — уверенности в голосе у старшего лейтенанта Дороти Хопкинс было куда больше, чем в душе.
— Надеюсь, что так.
Андерсон посмотрел на следующего принесённого раненого.
— Проклятье, у него полные кишки осколков. Даже если их вообще можно достать, это займёт несколько часов.
Требовалось принять жестокое решение, и капитан его принял. Снаружи находились другие бойцы. Время, потраченное на этого, станет причиной смерти нескольких.
— Уносите его в зону ожидания и устройте поудобнее. Дальше.
Следующий был ранен как минимум дважды, а его нога держалась только на лоскуте кожи с мышцами. И доктору, и медсестре было сразу понятно – только ампутация. Кто-то наложил жгут из ремня, и его надо было поскорее убирать, пока не началось омертвение тканей выше. Анестезиолог уже подала наркоз, и раненый отключился. На то, чтобы удалить остатки ноги, понадобится один-единственный рез. Капитан едва прицелился скальпелем, как сверху проревели снаряды.
— Бойся! — отовсюду раздались предупредительные крики, но взрывы их заглушили. Дороти мимоходом заметила, что обстрел ведётся меньшим калибром, чем ночью, зато чаще, почти непрерывно. А кроме того, грохот орудий был куда ближе, чем всего несколько минут назад.
— Что там такое?
— Колбасники давят с востока, — сказал один из раненых, — там ССовцы на самых больших танках, которые я когда-либо видел. Они разносят "Шерманов" и М-10 как старые жестянки. Мы пытались их сдержать, но получилось так себе.
Сверху пронеслись четыре самолёта, гулом двигателей перебив даже артобстрел. Дороти узнала краснозвёздные "Кобры" в буром окрасе. Был хорошо слышен ритмичный перестук их 37-мм пушек. Теперь она хорошо представила, насколько близко подошли эсэсовцы.
Андерсон, закончив свою работу – по крайней мере, до следующего раненого, которому потребуется хирург – проводил их взглядом.
— Русские. Они очень редко работают на них по земле, в основном как высотные перехватчики225. Даже если бы мы не знали, насколько всё хреново, теперь это видно невооружённым глазом. Я мог бы предложить уехать, да вот только некуда.
— Как будто поршень входит в цилиндр, — на ум Лонгу пришло другое сравнение, но он решил не озвучивать его за явной неприличностью. — Севернее и южнее нас два подразделения Вермахта, а по коридору, образованному ими, идут СС. Та часть, которая сдерживает наших ребят на Яндобских высотах, всего лишь вспомогательная. Чтобы нас с места не выпустить.
— ССовцы – это плохо. Это ведь не только тяжёлые танки. Кстати, "Тиграми" называются, как передали русские. Их уже видели раньше, но на юге, у Сталинграда. Главная проблема в фанатиках-нацистах. Все, чего они желают, слава или смерть, и простые солдаты рады уступить им второе ради первого. Русские говорят, от них можно ожидать наихудшего. Что мы и делаем.
— Благодаря Ветреному Фредди у нас нет свежих данных от разведки, — генерал-майор Тиллман был расстроен. — У ВВС и у флота есть, но какого чёрта Фредендаль от них отмахнулся? Хорошо хоть Джордж всё исправил.
— Я слышал, он дал Ветреному Фредди по морде.
История встречи Паттона с Фредендалем разлетелась по фронту со скоростью света и была встречена с воодушевлением. Лонг вернулся в расположение через полтора суток после гибели батальона, и этот рассказ оказался первым, который он услышал.
— Нам нужно придумать, как остановить "Тигры".
Тиллман представлял, что может произойти через несколько предстоящих часов. "Тигры" продавят его оборону, пока их пехота подтягивается городской застройке. Затем ССовцы войдут на улицы, а такни будут прикрывать их огнём 88-мм орудий.
— "Шерманы" и противотанковые самоходки потеряны. Мы собрали всех оставшихся в живых, и сформировали истребительные команды, вооружённые магнитными минами и взрывчаткой. Считалось, что они должны быть обучены борьбе с танками на земле, но увы. Так что у нас тут последние несколько дней сплошной аврал.
— Знаю, Билл, знаю. Просто у меня паршивое чувство, будто мы не собираемся учиться на собственных же ошибках. И не научимся, если не сможем сообразить, как противостоять танкам в сопровождении пехоты.
С востока накатил грозовой гул. Генерал-майор замолк и прислушался.
— Это B-26 Кесады. По крайней мере, у нас есть поддержка с воздуха. Надо собираться с мыслями. Бомбардировщики дали нам ещё один шанс.
