У Дженнет сжалось сердце. Но все к лучшему, нужно, чтобы он женился до того, как она уедет на континент, даже если у нее не лежала душа к этому браку.
Мэри станет Мэтью хорошей женой.
— Леди Дженнет?
Обернувшись на голос, Дженнет увидела Мэри Марстон и постаралась улыбнуться девушке.
— Да?
Ускорив шаги, Мэри подошла к Дженнет.
— Можно, мы вместе войдем в гостиную? К сожалению, я чувствую себя не так уверенно, как следовало бы. Моей тете нездоровится, и она решила обедать у себя в комнате.
— Да, конечно. — Если ее тетя плохо себя чувствует, то некому будет осудить Мэри за то, что она разговаривает с Мэтью. Дженнет очень надеялась, что Элизабет выполнила свою задачу и за обедом усадила их рядом.
Изящная блондинка взяла Дженнет под руку, и они направились в гостиную.
— Леди Дженнет, неужели вся великосветская суматоха не утомляет вас? Вы всегда выглядите бодрой, счастливой и уверенной в себе.
Если бы только это была правда! За всю свою жизнь Дженнет никогда не была такой ни на что не годной.
— Постепенно все станет проще. С каждым сезоном вы будете приобретать больше уверенности и спокойствия. А когда выйдете замуж, будете пользоваться всеобщим уважением.
— Надеюсь, это так. Вы действительно думаете, что лорд Блэкберн — хороший человек?
Дженнет плотно сжала губы. Он был очень хорошим человеком — для нее самой даже слишком хорошим.
— Да. Я думаю, вы поймете, что сплетники несправедливо жестоки к нему.
— Я надеюсь, мои родители останутся, довольны знакомством.
— Думаю, да, ведь он граф.
Спустившись по лестнице, они вошли в гостиную и осмотрелись. Дженнет взяла с подноса проходившего, мимо лакея два бокала хереса и, отдав один Мэри, отпила из своего.
— Леди Дженнет, я не пью спиртное, — прошептала девушка, стараясь держать бокал подальше от себя, словно в нем сидел сам дьявол.
— Если вы хотите пользоваться успехом, нужно научиться делать несколько глотков. Обещаю, вы не опьянеете и не потеряете невинность.
— Хорошо, — согласилась Мэри, тихонько хихикнув.
Дженнет наблюдала, как девушка медленно поднесла бокал к вытянутым губам и, сделав глоток меньше мышиного, поморщилась.
— Не скажу, что мне нравится, — сообщила она, склонившись к Дженнет. — Я должна все это выпить?
— Нет, если вам не хочется, — слегка покачав головой, ответила Дженнет и, поднеся ко рту свой бокал, стала пить херес, жалея, что это не бренди. Сейчас Дженнет нужно было сесть у камина с хорошим крепким бренди и интересной книгой, а вместо этого она, скрывая тоску, улыбалась, как научила ее мать, и взглядом искала Мэтью.
Она увидела, что он, прислонившись к стене, разговаривает с Сомертоном, и, не обращая внимания на то, что внутри у нее все сжалось, любовалась чертами его лица. Она с удовольствием рисовала бы это лицо или, еще лучше, целовала бы.
— Это он? — спросила Мэри. — Мужчина у стены с короткими светло-каштановыми волосами?
О Господи, ее внимание привлек Сомертон!
— Нет. Это лорд Сомертон, и этого человека вам лучше не знать.
— Почему?
Наивный тон Мэри действовал Дженнет на нервы.
— Он самый худший из подонков. Говорят, он убил дюжину людей. Я крайне удивлена, что его вообще пригласили на этот прием.
— О-о!
Эта мямля, по-видимому, расстроилась, что познакомится не с первым из самых знаменитых великосветских проходимцев, а только со вторым.
— Подождем, пока они закончат беседу, а потом я познакомлю вас.
Пока они ждали, Дженнет допивала свой херес. Поймав, наконец, взгляд Мэтью, она кивком указала на Мэри, а он в ответ слегка наклонил голову и оставил Сомертона. Пока он медленным шагом приближался к ним, Дженнет не отводила глаз от его сильных ног, наблюдая, как с каждым движением черная хлопковая ткань натягивалась на его мускулистых бедрах.
— Ой, он подходит, — с возбуждением объявила Мэри.
— Стойте спокойно и помните, что он привык к женщинам…
— Я знаю. К женщинам, более искушенным, чем я, — перебила ее Мэри.
— Леди Дженнет, вы сегодня чудесно выглядите, — заговорил Мэтью, подойдя к ним, и быстро склонился к ее руке.
— Добрый вечер, лорд Блэкберн. — Дженнет постаралась оставить без внимания искру, пробежавшую вверх по ее руке от этого короткого прикосновения. — Мне кажется, вы не знакомы с мисс Марстон. — Дженнет обернулась к Мэри: — Мэри, позвольте представить вам лорда Блэкберна.
— Мне очень приятно, дорогая.
Он наклонился к руке девушки, а когда выпрямился, от Дженнет не укрылся довольный блеск у него в глазах, появившийся после того, как он окинул взглядом Мэри. В Мэри было все, чего ему хотелось, и даже больше: пышная грудь, тонкая талия и изящные бедра плюс светлые волосы и рост — девушка едва доходила ему до плеча.
И в ее прошлом не было скандалов.
Бурление в собственном желудке сказало Дженнет, что Мэри великолепно подходит Мэтью.
Мэтью улыбнулся смотревшей на него молодой девушке. Мэри Марстон обладала всеми качествами, о которых он говорил Дженнет, за исключением, возможно, требуемого возраста — ей не могло быть больше восемнадцати лет, и она излучала невинность, как маяк лучи света. Но возможно, она была именно той женщиной, которая способна помочь ему.
