Кажется, сегодня я решила побить рекорд по бестактностям. Но коль ангел меня хранит именно сегодня, то мне и этот грех простится.
- Была. Я вдовец, - коротко Ответил Никотин.
- Простите, - удрученно пробормотала я.
- Ничего страшного, я вдовствую уже много лет,. привык. Ну что, Вероника Амировна, мы можем наконец перейти к делу? А то время-то, я смотрю, уже позднее. Вас хозяева хватятся, да и мне до дома неблизко добираться.
- Да, давайте перейдем.
- Тогда перво-наперво мы с вами договоримся, что ты для меня будешь просто Никой, а я тебе буду дядей Назаром. Меня все ученики так зовут. За глаза, конечно, Никотином кличут, а в глаза - дядей Назаром. Мне так удобнее. А тебе?
- Нормально, - выдала я стандартный ответ.
Быть Никой привычно. А если Бычкову нравится быть дядей Назаром, так за ради бога. Мне-то какая разница?
Лишь бы толк вышел.
- Вот и ладушки.
Он вытащил из кармана плаща пачку "Беломора", закурил.
- Теперь к делу. Этот тип обращался к тебе на "вы"? Я правильно понял?
- Да.
- И он был в курсе, сколько твоя хозяйка получила за два последних заказа. Значит, он из ее среды, не уголовник и не шантрапа, просто решил срубить денег влегкую. Согласна?
Я немножко подумала и согласилась. Все-таки я, как и большинство людей, - раб стереотипов. Если голос приятный, то и обладатель его - человек интеллигентный, а у урок и прочих придурков голос обязательно должен быть противным, а манера говорить - грубой. Умом-то я понимаю, что это все совсем не обязательно, но в жизни почему-то чаще всего именно так и получается.
- И для твоей хозяйки в этой ситуации есть еще одна опасность, о который ты, Ника, судя по всему, не подумала. Если этот ее любовник окажется женатым заказчиком или мужем заказчицы, что, в сущности, одно и то же, то… как ее? Наталья?
- Наталья.
- Наталья твоя может получить репутацию воровки чужих мужей. И ни одна семейная пара к ней больше не обратится. Ты же понимаешь, что дизайнер-архитектор - это человек, который придумывает дизайн для дорогих квартир или коттеджей, а то и особняков. То есть клиенты у нее - люди не бедные, а даже совсем наоборот. Такие клиенты дизайнера с улицы, первого попавшегося, не возьмут, они будут искать человека с рекомендациями, будут наводить о нем справки. И в таком деле репутация - первейшее условие. Ни одна женщина в здравом уме не согласится иметь дело с твоей хозяйкой, если узнает, что у нее был роман с заказчиком. Так что Наталья не только семейным благополучием рискует, но и финансовым. Но это так, к слову. Я просто хочу сказать, что этот шантажист, скорее всего, ее коллега, такой же дизайнер, поэтому он в курсе ее дел. И рассматривает ее как конкурентку. Может, она у него клиентов перехватила, или ему самому репутацию испортила, или еще как-нибудь напакостила. И если это так, то сначала он будет вымогать деньги за то, чтобы муж ничего не узнал, а потом - за то, чтобы это не просочилось в профессиональную среду. Так что одноразовой выплатой ты от него не отделаешься.
- Да я и не думала платить! У меня нет таких денег.
А если бы и были, я бы их не отдала за чужие грехи.
- Понимаю, понимаю, - закивал Никотин. - Это я так, к слову. Значит, ты твердо решила, что хозяйке ничего не скажешь? Подумай еще раз, Ника, это ведь шаг очень ответственный.
- Ой, Назар Захарович…
- Дядя Назар, - строго перебил меня Бычков.
- Ну да, дядя Назар, - спохватилась я. - Дядя Назар, Наталья - приличная во всех отношениях тетка, не злая и не вредная, но в решающий момент может наделать глупостей. Мозги у нее так устроены.
- Как говорил умница Бабель, на этой земле нет женщины, которая не была бы безумна в те мгновения, когда решается ее судьба, - задребезжал он.
- Неужели Бабель это сказал?
- Сказал, Ника, сказал. Вернее, написал. Хорошо, будем априори считать доказанным, что у тебя нет другого выхода, кроме как взять все дело на себя. Это больше не обсуждаем. Какой совет ты хотела бы от меня услышать?
- Я бы хотела понимать, есть ли смысл обращаться в милицию и есть ли в милиции люди, которые умеют разбираться с шантажистами так, чтобы члены семьи ничего не узнали.
- Отвечаю сразу: смысла нет. Люди, которые все это умеют, есть, а смысла обращаться к ним нет.
- Почему?
- Да потому, милая моя Ника, что они не захотят с этим возиться. Вот если бы у твоей хозяйки ребенка украли и требовали выкуп, тогда они на ушах стояли бы.
Запомни, дочка, сегодня в милиции нет людей, которые не стремятся заработать денег помимо зарплаты. Нет таких, понимаешь? Все хотят жить и все хотят хорошо зарабатывать. Если у тебя есть деньги, чтобы заплатить операм, они все сделают. Если же денег нет, они, как только ты к ним обратишься, скажут, дескать, пусть придет сама потерпевшая и напишет заяву. Ты же не потерпевшая, с тобой даже разговаривать никто не станет. Они будут требовать, чтобы пришла Наталья, и вся твоя затея рухнет, даже не начавшись.
- А если я заплачу - станут разговаривать?
- За милую душу. Еще и в рот заглядывать будут и каждое слово твое ловить.
- Я вам не верю, - твердо заявила я.
