– Четыреста?! – восторженно воскликнула девушка. – Ну ты крут. Да за такие деньги я с тебя до утра не слезу. Ты готов?
– Заходи в спальню, раздевайся и жди. Я сейчас.
– Слушай, красавчик, честное слово, я здорова. Можешь не надевать презерватив.
Блейк махнул рукой в сторону спальни. Девушка, зажав деньги, вприпрыжку побежала туда.
Он осмотрел комнату, решая, что взять с собой. Он дозарядил обойму пистолета и убрал его в карман. В другой карман положил нож. В третий – ворованный мобильник. Затем достал из ящика моток киперной ленты для обмотки труб, взамен оставленного в брошенной машине. Опять обвел взглядом комнату, ища улики, которые следовало бы уничтожить, но теперь они уже не имели значения.
Возвращаться он не собирался.
Оставалось взять последнее – коробочку от жвачки «Тик-Так», где находился его сувенир на счастье – зубы дантиста, вырванные без помощи стоматологического инструмента. Блейк, усмехнувшись, потряс коробочку, послушал перестук человеческих клыков и вдруг вспомнил об Амире. С того дня, когда он впервые увидел ее портрет в журнале, а потом соединил прекрасное лицо с очаровательным голосом, что слышался ему всю жизнь, Блейк прошел долгий путь.
Он и сейчас видел Амиру там, под крышей «Шахерезады». Ее обнаженное тело в холодной воде бассейна. Он представил, как неистово она кричала, как отчаянно звала на помощь. Но ее зов остался без ответа.
«Ну что ж. Я заставлю их за все ответить».
Ему оставалось сделать последний шаг.
Блейк вошел в спальню. Девушка лежала на кровати, обнаженная, прикрывшись легкой простыней, сквозь которую просвечивало ее тело – худое, с едва пробившейся грудью и сосками, напоминавшими комариные укусы. Она улыбнулась и раздвинула ноги.
– Ты готов, красавчик? – спросила она.
Блейк присел рядом на край кровати. Девушка подмигнула ему. Он молча зажал ей рот и приставил к переносице, меж округлившихся от ужаса глаз, ствол пистолета.
Страйд закрыл глаза. Ему хотелось кричать.
Азиат, владелец кондитерской, позвонил в полицейское управление и сообщил, что разыскиваемый человек стрелял в офицера полиции. В течение нескольких минут к магазину подъехало с десяток патрульных машин. Опознал лежащего во дворе офицера Страйд.
Это была Аманда.
Его первым желанием было схватиться за голову и броситься на асфальт. Боль в груди поднялась такая, будто кто-то вонзил в нее длинный зазубренный нож и медленно вращал, рассекая внутренности, подбираясь к сердцу.
Страйду уже приходилось терять друзей-полицейских, но никогда он не лишался напарника. За то короткое время, что они проработали с Амандой, между ними сложились особые доверительные отношения. Аманда чем-то напоминала ему Мэгги, его прошлую напарницу. Умная, с хорошим чувством юмора. Изгой. Страйд испытывал симпатию к изгоям. Проститутки и официантки из баров вызывали у него большее сочувствие, чем владельцы казино, постояльцы из пятисотдолларовых номеров отеля или подвыпившие туристы и обливающиеся по́том жадные игроки у автоматов и столов, стремящиеся к моментальному легкому обогащению.
Аманда.
Страйд ощущал себя раздавленным, не способным ни действовать, ни думать. Словно все потери разом навалились на него. Он привалился спиной к стене магазина. Перед глазами, как в старом трагедийном черно-белом фильме, поплыли печальные кадры, вырванные из его жизни.
Страйд чувствовал себя виноватым. Окажись он проворнее Блейка, там, на автомобильной стоянке возле «Лаймлайта», прицелься получше, и с Амандой ничего бы не случилось.
Так уж повелось в его судьбе, что ему постоянно приходилось корить себя. Он ходил с чувством вины. Муки совести накрепко прилипли к нему, образовав нечто вроде кокона, в котором Страйд прятал свои эмоции.
Медики не позволили ему приблизиться к Аманде. Положив ее на носилки, они торопливо сунули их в реанимационную машину, закрыли дверь и умчались в госпиталь. Страйд успел лишь мельком взглянуть на напарницу и сообщить ее имя и фамилию. Он спросил у врача, какие у Аманды перспективы, но тот промолчал. Страйд и сам понимал, что все зависит от нее самой, от силы организма.
Страйд видел многое, и не строил иллюзий, он был абсолютно уверен, что поездку в госпиталь Аманда не вынесет, не выиграть ей последнюю свою битву со временем и смертью.
