Если бы частный сыщик Татьяна Иванова знала, что ее ждет, никогда не пошла бы в то казино… Одна молодая парочка выиграла в рулетку четверть миллиона долларов, как потом оказалось с помощью специального устройства, подведенного под рулеточный стол. А на следующую ночь из сейфа бухгалтерии казино были украдены еще пятьсот тысяч долларов. Расследовать эту двойную кражу нанимают именно Татьяну Иванову. Выяснив, каким хитроумным и до гениальности простым способом вор проник в бухгалтерию, Татьяна понимает, что столкнулась с достойным противником, переиграть которого будет ох как непросто…
— Убила бы этого типа! А она еще улыбается! — Я отвернулась к стойке бара, чтобы сделать заказ.
Обычно в таких заведениях шума не бывает. Люди тихо играют, тихо проигрывают и тихо грызут себе печень, если уж чересчур увлеклись и остались только при одной зажигалке.
Этот мальчик оказался нервным и не выдержал потрясения своих карманов. Девочка-крупье четыре раза накрыла его в «блэк джек»; когда она с профессиональной улыбкой объявила ему это в пятый раз, он швырнул ей карты в лицо и пробормотал те обычные гадости, которые мужчины почему-то находят необходимым высказать, если женщина не оправдала их ожиданий.
— Мартини, пожалуйста, — кивнула я бармену — высокому, длинноволосому парню с кольцом в мочке уха, — и пепельницу.
Я достала из сумочки сигарету и зажигалку, но бармен, поставивший передо мною бокал, опередил меня, и я прикурила от его «Ронсона».
— Сразу видно, что вы дама незамужняя, — улыбаясь одними глазами, сказал он.
Я испуганно подняла правую кисть, потерла безымянный палец. Опять, мол, потеряла кольцо, он меня убьет… Нельзя допускать, чтобы мужчина начинал хвастать своей наблюдательностью. Он ведь от гордости лопнуть может!
Бармен улыбнулся и, говоря ласково, как с дебилкой, объявил:
— Вы хотели прикурить сами, не дожидаясь, когда за вами поухаживают, значит, вы женщина самостоятельная.
Ну прямо доктор Ватсон.
— Вы знаете, — я сделала задумчивое лицо, — может, вы и правы… Я была замужем три раза и все за такими хамами!
— Вы, очевидно, коллекционируете разводы? — Мальчик явно купился.
— Нет, что вы? Просто я сумела их всех пережить!
Мы рассмеялись.
Я оглянулась на зал и встретилась глазами с тем проигравшимся мальчиком, он как раз шел к бару.
Теперь, когда он не растекался по стулу, в глаза бросались его рост под 190, хорошо прокачанный торс и непропорционально маленькая голова — четвертого размера, не больше. То есть самого неходового, да еще с короткой стрижкой в придачу. Он кривил губы и явно искал, на ком бы еще сорваться. Было ясно, что наш смех ему не понравился.
Он навалился локтями на стойку, сощурил светлые глазки, медленно осмотрел меня и повернулся к бармену:
— Э, неформал! Двойной коньяк, вон тот.
Потом снова повернулся ко мне и, доставая из правого кармана своего темного пиджака пачку «Лаки Страйк», начал разгоняться:
— Что это вы так веселитесь, девушка? У вас сегодня праздник?
Взял принесенный бокал, выпил за один раз, сморщил коротенький носик и чуть упавшим голосом продолжил:
— Повтори… Так почему мы молчим?.. Девушка, вы здесь работаете или развлечься пришли?
— Я пришла сюда играть. — Я затушила сигарету в пепельнице и пошла прочь от бара. Еще не хватало, чтобы меня ловили на такие дешевые фокусы.
Он что-то начал говорить мне вслед, но, видно, отвлекся повторенным коньяком; пусть повторит еще пару раз и впадет в задумчивость, а я пока сыграю. Я подсела к столу с крепсом — модной новинкой нынешнего сезона.
Если после броска костей игрок получает 7 или 11 — он выиграл. Если выпадает 2, 3 или 12, то метавший считается проигравшим, но сохраняет право продолжить игру. В остальных случаях — гуд бай! Ставки — минимальные, а азарта, когда войдешь во вкус, — выше крыши.
Рядом со мной сидела дама лет этак пятидесяти пяти, с великолепным старинным браслетом на запястье — широким, с полудрагоценными камнями вокруг продолговатого сапфира. Она была единственной за этим столом. Сюда приходят со смешными мечтами выиграть огромные деньги, поэтому толпятся все больше вокруг рулетки. А весь секрет в том, чтобы искать удовольствие, тогда и деньги как-то сами собой появятся. А не появятся — ну и черт с ними: удовольствие-то уже получено.
— Участвую, — сказала я и поставила фишку.
Крупье протянул мне серебряный стаканчик и пододвинул коробочку с игральными костями. Я взяла две, бросила в стаканчик, накрыла его ладонью, перевернула, потрясла и выбросила кости. Ну что?.. Прощай, двадцатка! Зря я играла в профессионализм.
Стаканчик перешел к моей соседке, крупье забрал отыгранные кости и подал коробку ей. Она в воздухе проиграла пальцами что-то похожее на «Собачий вальс», выбрала две кости чуть ли не с самого дна, аккуратно положила их в стаканчик и начала трясти. Она и это делала глубоко продуманно: сначала описывала стаканчиком восьмерки, потом спирали, а затем, похоже, начала вытрясывать собственное имя. Мы с крупье переглянулись… Этот молодой парень в модельных очках смотрел на тетку пренебрежительно и едва ли не зевал. А мне было интересно.
Наконец тетка остановилась и высыпала кости — 3. При своих. Она бросила их обратно и начала свой ритуал снова.
В это время из толпы, скопившейся вокруг рулетки, раздался солирующий вой, переходящий в мат, на фоне более приглушенного поскуливания.
— Активная сегодня публика, правда? — обратилась я к соседке. Та бросила кости, огребла сороковник и только после этого ответила:
— Чужие выигрыши никому не дают покоя, а вчерашний — тем более! Они теперь будут играть, пока не продуются вчистую.