— Успокойтесь, Алексей! За два года, что вы работаете под моим началом, вы стали разбираться в разведслужбе как никто другой. А ваше абсолютно точное знание того, что произойдёт, делает вас незаменимым! А если вы переживаете за заграничную агентуру — возьмите себе в помощники полковника Самойло. Он специалист в своём деле! Лучше него нет! Но от вас я жду реорганизации в нашем ведомстве. Помните, вы мне рассказывали о Главном Разведывательном Управлении Генерального штаба? О том, что это лучшее из того, что придумают все государства за всю историю? Сейчас в моём подчинении десяток человек. Для современной разведки необходимо сотни специалистов!
— Не считая заграничной агентуры?
— Да, не считая! Если бы в тринадцатом году я имел диверсионный спецназ, как вы его именовали, отдел военных технологий, отдел экономики и информации, возможно, эту войну мы бы выиграли уже год назад! В общем, Краснов, создавайте Российскую разведку!
— Вы мне льстите, Николай Карлович, Российская разведка существует самым уважительным образом уже много лет! В нашей истории всё сломает большевистская власть!
— Вот и боритесь с этим!
— Мы сделали всё, что могли!
— Хватит! Русская армия сейчас показывает чудеса храбрости! Скоро падёт Будапешт! У меня есть сведения, что Румыния со дня на день объявит войну Австро-Венгрии и Германии! О большевиках все забыли! Победа Русского оружия неизбежна! Наши союзники тоже наступают уверенно! Сейчас нужно думать о послевоенном устройстве мира. Мы должны иметь своих людей везде! Займитесь этим!
— Благодарю вас за доверие!
— Поблагодарите завтра Государя!
16 июня 1916 года три новоиспечённых полковника вместе с генералом Раша выехали в Ставку Верховного Главнокомандующего в Могилёв.
Из-за напряжённых боевых действий Николай второй не стал устраивать пышной церемонии награждения отличившихся. Он просто вызвал всех четверых к себе в кабинет и, в присутствии Верховного Главнокомандующего Великого князя Николая Николаевича, вручил всем новые погоны и ордена. В своей небольшой речи он поблагодарил офицеров за службу и пожелал новых успехов в ратном деле. После этого он отпустил всех, кроме Краснова. Когда они остались наедине, государь заговорил.
— Так вот вы какой, господин Краснов. Я уже много слышал о ваших невероятных и точных предсказаниях! Откуда у вас это?
— Ваше Величество, это приходит ко мне во снах! Но, в последнее время всё реже и реже!
— Как-нибудь в другое время и в другой обстановке мы с вами поговорим об этом подробнее. Моя супруга давно изводит меня просьбами познакомить её с вами! Но фронту вы нужнее! Это бабско — придворное общество отвлечёт вас от боевых дел. А это сейчас недопустимо! Враг бежит! На его плечах войдём в Вену! А там и моему дядюшке — немецкому Кайзеру Вильгельму накостыляем! Мне уже все уши прожужжали о новой организации военной разведки. Что вы об этом думаете?
— Ваше Величество, последние боевые действия показали — насколько велика роль военной разведки в войне! Во всём мире, пока это было недооценено. Для наиболее успешного использования разведки, необходимо на корню изменить её структуру. Кое-что мы начали делать уже сейчас — на Юго-Западном фронте. Это дало свои плоды! У меня готов полный доклад с предложениями о новой структуре военной разведки. Когда прикажете, я передам его Вам. И готов защитить проект устно.
— Хорошо! Мы займёмся этим. Ступайте, Алексей!
Когда Краснов вернулся к своим товарищам, он рассказал о своей беседе с царём. Услышав, что государь напоследок назвал его просто Алексеем, генерал Раша заметил.
— Вы необычайно понравились государю. Такое обращение — признак высочайшего доверия и симпатии. Это стоит больше любых чинов и наград! О вашей карьере теперь можно не волноваться! А вот от придворной камарильи во главе с императрицей вы, действительно, держитесь подальше! Там не место боевому офицеру. Уже не один бравый воин превратился там в комнатную собачку придворных дам!
После ухода генерала, Алексей обратился к Грохотову с Кокшаровым.
— Вы заметили, что Николай разговаривал с нами как окопный офицер. Я думал, он сейчас и матом загнёт!
— У нас в Конвое говорили, что когда государь примет на грудь стопочку-другую, он по матушке посылает придворных офицериков направо и налево! Только простых солдат никогда не материт! Уважает!
— А мне он понравился! — произнёс Стас. — Я думал он другой. А он простой, толковый! Правда, низковат немного, и голос тихий. Зато без понтов. В простой гимнастёрке ходит.
— Маленький да тихий — а смотрите, как перед ним все покорны! Видать, не обязательно всех материть да по мордасам лупцевать! — произнёс Егор.
— Ну что, господа, поехали в Питер? Там и отметим! А то здесь как-то душновато от генералов и князей! — простота Стаса не знала предела, — там и назначим дату моей свадьбы! Ты же не против, Лёха?
— Я сегодня должен встретиться с генералом Красновым — моим дальним родственником, а ночью можно и трогаться. Как раз поезд будет. Конечно, братан, я не против вашей с Настей свадьбы!
На этом и порешили.
