Грег Кейдж — прирожденный защитник. На протяжении всей своей жизни он оберегал свою мать и сестру от враждебного мира… но однажды он потерпел неудачу. В последние десять лет в нем затаились чувство вины и жажда мщения… но они отпустили его. Сейчас, когда его лучший друг планирует свадьбу и больше не нуждается в его защите, он чувствует себя еще более потерянным, полностью брошенным на произвол судьбы и отчаянно жаждущим что-либо контролировать. Он привык оберегать: свою семью, друзей и свою страну. Сможет ли он оставить в прошлом все, что он когда-либо знал, и перестать пытаться все контролировать? Мелисса Ларсон никогда и никому не позволит руководить своей жизнью. Она в течение многих лет являлась опорой для своей семьи и боролась за ее единство — это ее приоритет. Она всегда была отчаянно независимой и гордой. Последнее, что она когда-либо сделает, это попросит чьей-то помощи. Но, что если этот выбор больше от нее не зависит, принуждая ее полагаться на других людей, чтобы спасти себя и свою семью, собрать по кусочкам то, что она потеряла? Сможет ли она позволить кому-либо стать для нее опорой? В тот момент, когда Грег встречается взглядом с Мелли, он понимает, что она та самая, кто ему так необходим. Кто-то, кого он страстно желает. Мелли же в момент встречи с Грегом понимает, что от него следует ждать только проблем и разбитого сердца. Ее жизнь делает резкий поворот, и злодейка-судьба снова вносит хаос в жизнь одного из членов семьи нашей службы безопасности. Ситуация становится неуправляемой, не предоставляя Грегу никакого выбора, кроме надежды на благосклонность судьбы. Он снова связывается со своим старым другом Брексоном Брейкером из Брейкнек МС. Вместе они снова уверены, что ничто не угрожает тем, кого любит Грег.
Пролог
— Грег Кейдж, — рявкаю я в телефонную трубку. Последние тридцать минут, я сижу около этого проклятого центра УЗИ. Конечно, настоящие родители опаздывают. Эти двое не могут оставить друг друга в покое.
Боже, я хочу этого.
— Алло?
— Да, Кейдж. Это Деррик. — Я начинаю нервничать. За последнюю пару лет у этого мерзавца не происходит ничего, кроме головной боли.
— Новости? — Сегодня у меня нет времени на его чепуху.
— Эмм, да?
— Деррик, у меня сейчас нет на это терпения. Ты позвонил мне по какой-то причине, и, клянусь богом, лучше бы она была хорошей. Этот скользкий гад наконец прокололся?
Деррик — местный легавый, следит за бывшим мужем моей сестры последние пару лет, с тех пор как Саймон взял в жены очередную невинную женщину. Я знаю, здесь что-то не так, но я так и не смог найти хотя бы крупицы грязи на этого подонка. Грейс стало бы плохо, узнай она, насколько сильно во мне растет жажда мести.
— Что ж, да… Поэтому я и звоню, Кейдж. Я просто не знаю, как ты воспримешь эту новость.
Деррик возможно и является надежным парнем, но в такие моменты я просто хочу ударить его милую мордашку.
— Так. Что. За. Новость? — я вижу пикап Акселя, въезжающий на парковочное место, и понимаю, что должен договорить, пока меня не заметила Иззи. Я люблю ее, но когда она замечает мое волнение, она не успокоится, не докопавшись до его причины. Я бы не хотел омрачать сейчас ей настроение.
— Дело в его жене Софии. Что ж, видишь ли… прошлой ночью прошлой ночью произошел несчастный случай.
— Проклятье, — прошипел я. Так же, как и с Грейс. Так же, как и с моей прекрасной сестрой.
— Пожалуйста, блядь, скажи мне, что есть что-то, что связывает его задницу с этим — Должно быть. Совпадение просто охренительное.
— В этом-то все и дело. Несчастный случай. Я не был на вызове прошлой ночью, так что это все из вторых рук, пока я не попал в участок… дерьмо — Я знал, что-то не так, просто знал. — София держалась до прибытия медиков, они уже довезли ее до госпиталя, но не успели, — он глубоко вздохнул, прежде чем продолжить, за это время у меня все внутри окаменело. — Она умерла в больнице, Кейдж.
Я вижу широкую сияющую улыбку Иззи в окне машины, и на сердце становится легче.
— Мне пора. Держи меня в курсе. Не время от времени. Я хочу знать каждую гребаную деталь, понял меня?
— Да, Кейдж, я понял.
Услышав, что он отключился, я прячу телефон в карман и готовлюсь встречать Иззи. Она идет мне навстречу, ее маленький живот округлился, говоря о первых признаках плавно протекающей беременности. Я не могу ей не улыбнуться.
Волнение после звонка Деррика все еще поедает меня, но я отбрасываю его и обнимаю Иззи в знак приветствия.
— Как ты, малышка?
Она смотрит на меня с сияющей улыбкой, и я вновь понимаю, как же она для меня важна. Грейс бы полюбила ее.
Ее ослепительная улыбка, полная любви и счастья, помогает стереть последние кусочки ужаса, только что обрушившиеся на мою голову. Жизнь продолжается.
Сейчас мне просто нужно понять, как забыть этого ублюдка Саймона Вагнера.
Глава 1
Грег
Тяжелый стук изголовья кровати о стену заглушает настойчивый звонок моего мобильного телефона.
— Черт, — Рычу я. Убрав руку с тонких запястий, которые я связал за спиной этой цыпочки, я тянусь и хватаю с прикроватной тумбочки телефон.
— Молчи, — я прикусил губу, ощущая, как крепко ее киска обхватывает мой член. Эта цыпочка любит, когда я командую.
— Кейдж, — отвечаю я, толкаясь бедрами и фиксируя положение. Мое дыхание прерывисто, что говорит о сильном напряжении, — Алло?
— Э-э, Джи? — Нежный голос Иззи звучит из трубки. Черт. Не так я должен отвечать ей по телефону. Она стала мне как сестра за последние четыре года.
— Да, дай мне секунду, малышка — я отключаю звук и вытаскиваю мой твердый член из тугой киски Мэнди, довольно сильно шлепнув ее по заднице.
— Иди приведи себя в порядок, время игр закончилось. — Если бы взглядом можно было убить, я бы уже лежал мертвым на собственном полу.
— Ты шутишь? — она повернулась ко мне и, раздражительно фыркнув, скрестила руки на своей огромной искусственной груди.
— Я не шучу Мэнди, и на твое дерьмо у меня тоже нет времени. Ты знала, что здесь будет, и я не давал никаких тебе преждевременных обещаний
— Ты мог, хотя бы раз, действительно вести себя так, как будто хочешь, чтобы я была рядом? — говорит она с надутым видом.
Я окидываю ее взглядом и скатываюсь с кровати, снимая с члена презерватив и выбрасывая его в мусорное ведро, прежде чем выйти из спальни.
Как только я захожу в кабинет, я отключаю звук и делаю глубокий вдох, прежде чем заговорить
— Иззи, прости. Что случилось?
