У Эйдин Коллинз свободный дух. Она откровенна и тверда, как камень, но это неудивительно, ей пришлось расти в доме полном мужчин. Семья — четыре брата, отец и компания сумасшедших друзей — значит для Эйдин все. Эйдин защищает свою семью, и нет ничего, чего бы она не сделала, чтобы ее уберечь.У Кейна Слэйтера измученная душа. Буквально. Люди неправильно его понимают и даже боятся из-за шрамов, уродующих его лицо и тело. Он наслаждается страхом людей, потому что если они тебя боятся, то не захотят узнать поближе. Ему спокойнее, когда круг его общения ограничен братьями и их девушками, но острый шип от одной ирландской розы глубоко вонзается в бок Кейна, и зовут ее Эйдин Коллинз.Эйдин и Кейн не ладят… вообще. Она — единственная женщина, которая противостоит Кейну и бросает ему его дерьмо в ответ, не боясь причинить боль. Кейн — единственный мужчина, который может разглядеть настоящую Эйдин сквозь её жесткую натуру. Он знает ее самые потаенные и темные секреты. Они не выносят друг друга, но при этом хотят друг друга. Сильно. Они скрывают свою потребность за спорами и колкостями, но когда Кейн слабеет у всех на глазах и поддается болезни, захватившей его тело, именно Эйдин проявляет инициативу, чтобы позаботиться о нем.Болезнь становится наименьшей из их забот, когда демон из прошлого Кейна возвращается, чтобы поиграть с ним. Все близкие в жизни Кейна находятся в опасности, и поскольку его тело борется против него, он не знает, достаточно ли ирландской удачи, чтобы уберечь его семью и держать его демонов в страхе.Кейну нужна Эйдин, а то, что нужно Кейну, Кейн получает.18+
У меня разболелась голова.
Пульсирующая головная боль.
Еще меня подташнивало, и я чувствовала легкое головокружение.
Я чувствовала себя дерьмово.
Потому что была напугана.
Я так чертовски напугана... а все из-за проклятой пластиковой палочки!
Сидя в главной ванной комнате дома братьев Слэйтер, я старалась не смотреть на палочку, которая должна была решить мою судьбу. Сосредоточилась на кафельных плитках пола и соединяющем их растворе, чтобы не смотреть вверх. Я считала плитки на полу и каждый раз, как только добиралась до десяти или одиннадцати, моя голова автоматически поворачивалась, чтобы посмотреть на столешницу.
Я шикнула сама себе и остановилась, прежде чем смогла взглянуть. Мне не хотелось знать, что скажет эта дурацкая палочка, но я должна была выяснить. Это разъедало меня на протяжении последних полутора часов. Я взглянула на потолок и моргнула.
Мне нужна была моя мама, мне нужно было рассказать кому-нибудь об этом гребаном дне. Я сглотнула и представила, что мама стоит передо мной, и мысленно вывалила ей все. Рассказала обо всем.
Сегодня, мягко говоря, был довольно насыщенный день, если не сказать больше.
День переезда Килы и Алека. Они перебрались из своей маленькой квартирки в красивый дом, прямо напротив дома братьев в Аптоне. Как их друзья, мы вызвались помочь упаковать коробки в старой квартире, а затем распаковать их в новом доме.
Всем было весело собирать вещи и распаковывать их в новом доме, но присутствовали также и споры... и много другой ерунды. У Килы было больше проблем, чем у кого бы то ни было.
Моя девочка переживала стресс, мне казалось из-за переезда, потому что это на самом деле вгоняет в панику, но она дала понять, что у нее не все хорошо, и это не только из-за смены жилья. Ей снились кошмары об инциденте, который произошел с ее дядей и братьями Слэйтер тринадцать месяцев назад. Кила никогда не любила говорить о том, что случилось. Я знала суть того, что произошло, но не все. Я не знала, что заставило Килу так испугаться... испугаться настолько, что она все еще мучается от ночных кошмаров, спустя столько месяцев после случившегося.
Но кошмары не единственная ее проблема. Ей не по себе от того, как быстро Алек продвигается в их отношениях. Она хотела наслаждаться игрой в свидания, он же хотел жениться и завести детей прямо сейчас.
Алек ничего этого не знал: о ночных кошмарах, о ее нерешительности и сомнениях в том, чего она хочет от их отношений. Все это, конечно же, всплыло наружу... во время неожиданной вечеринки по случаю новоселья, которую устроил Алек. На Килу это не произвело никакого впечатления, она была немного расстроена, и ко всему прочему появились ее дядя и кузина Мика со своим мужем.
Знаете, дядя, который на самом деле гангстер, кузина, которая Сука с большой буквы, и ее муж, который является самым большим дрочилой на свете. Ага, эти ублюдки. Они появились и спровоцировали ругань, драку... и даже стали причиной вызова полицейских. Они узнали о вечеринке благодаря моему младшему брату Гэвину. Сейчас он каким-то образом оказался близок к Брэндону и Джейсону, однако эта ситуация слишком нова для меня, чтобы задумываться об этом прямо сейчас. Мне нужно время, прежде чем подумаю об этом маленьком ублюдке.
Вся ситуация была плохой, но что действительно положило вишенку на наш гребаный дневной торт, это глупая вещь, которую я, Бранна, Брона и Аланна сделали в ванной Килы ради развлечения.
Прежде чем «дерьмо попало в вентилятор» мы немного выпили, чтобы расслабиться после долгого дня сборов и распаковки, и подумали, что было бы забавно сделать тесты на беременность. И это было забавно, пока не появилась Кила, не уронила тесты в раковину и не перепутала их. Обычно это не было бы проблемой, но угадайте, каким оказался один из результатов теста?
Вы уже догадались.
Одна из нас, бл*дь, беременна, и мы понятия не имеем, кто именно.
За это мы должны поблагодарить Килу.
Стало еще страшнее, когда Аланна исключила возможность своей беременности, так как поклялась, что в ее часиках ничего не тикало, по меньшей мере, шесть месяцев. Таким образом, Брона, Бранна или я могли оказаться беременными.
Ха. Порадуй мою задницу.
Я молилась, чтобы это была либо Брона, либо Бранна просто потому, что эти двое были в серьезных отношениях, в отличие от меня. Самое близкое, что я когда-либо получала от отношений, была ненависть, которую я испытывала от Шторма — а он собака. И он ненавидит меня.
Мы собирались выяснить, кто эта несчастная девушка, но у Килы закончились тесты, что, конечно же, было чертовски типично. Она уже собиралась пойти и купить их, когда появились те ублюдки, о которых я упоминала ранее, и все отошло на второй план на час или два.
