Я прервал ее натужным: - Ну что за срань!
- И все же... - Она встала и, хромая, подошла к груде книг на полу. - Уверен, что это был Косалл? Может, это черное рун-лезвие?
- Чего?
- То, что ты нашел в пещере... - Она открыла толстый том и начала листать. - Это было в твоем отчете... Я пометила, посмотрим...
- О чем ты, какого хрена?
Она подняла глаза над книгой. - То, чем ты отворил путь реке.
Я непонимающе потряс головой. - Это был секущий жезл.
- Нет. Вот оно: длина полторы ладони, полированное иссиня-черное, усеянное серебряными рунами...
- Говорю тебе, я воспользовался секущим жезлом. Только потому и выжил - с любым типом материального оружия отдача убила бы меня...
- Явно нет.
- Дай сам погляжу...
- Оригинал доклада хранится в Гартан-Холде, конечно же. Но я читала, а память моя, смею сказать, безупречна. Ты нашел лезвие в палате со Слезой Панчаселла...
- Хреновая у тебя память.
Она склонила голову к плечу. - Хотя тут забавное совпадение - черное лезвие с серебряными рунами, а Косалл был серебряным клинком, и разве руны на нем не были темными...
- Ты прекратишь?
Но разумеется, она не могла, и чем громче я спорил, тем больше терял уверенность и уже не мог припомнить, пользовался ли секущим жезлом или нашел подобие затраханного Косалла, только цветом наоборот, и в голове гудело, будто там поселился кто-то живой и проделывал путь наружу при помощи десятифунтового молота и железнодорожного костыля... Так что я просто сбежал.
И теперь стоял в фойе отеля, весь в мокром плаще и дурном настроении, и колотил по колокольчику так, будто это была шишка на трахнутой голове т'Пассе.
Миг спустя тощий, бледный усталый человек с жалкими клочками волос на лысине выскользнул ко мне. Вздохнул. Обтер руки о коричневый фартук и вынул тряпку, которой утер пот с лица. Двинулся ко мне, качая головой. Акцент был анханским. - Хотелось бы радостно приветствовать вас, дружище, но боюсь, этой ночью мы забиты под...
- Почему все здесь набиваются ко мне в друзья?
Бледный тощий человечек замолчал, моргая. - Ну, я... я ничего особенно не имел, иомен...
- Забудем. И я не иомен, я фримен. Доминик Шейд. Кто-то уже доставил мой сундук.
Лицо прояснилось. - О, фримен Шейд! Добро пожаловать! Я Лессер Пратт. Всегда приятно встретить соотечественника. О, как хорошо. Я уже начал опасаться. Приказ Лорда Тарканена - и ваш сундук - прибыли как раз вовремя, и вам достался последний номер - наверху, и надеюсь, вы не...
- Лишь бы был сухим. - Я кивнул в сторону шумной столовой. - Похоже, вы заняты вечеринкой. Нельзя ли принести тарелку чего-нибудь горячего в номер?
- О, нет, нет. Вовсе нет. Фримен Шейд, вам будут рады на вечеринке...
- Мне?
Пратт кивнул так, что чуть не оторвалась голова. - О, да, вполне - и не только потому, что вы гость Лорда Тарканена. Они, ах... обычаи Бранного Поля... они, э... ну, я сам анханец, знаете, из Нового Коленца, всего три дня вниз по реке...
- Ага, был там. Не надо лизать мне задницу, ладно? Только сухую одежду и горячую еду.
- Я, ах...- Улыбка Пратта погасла. Он потер глаза. - Простите. Сила привычки.
- Забудем. Знаю, что значит тяжко работать.
- Но вас действительно позвали на вечеринку...
- Может, позже. Мне скоро уходить.
- В такую ночь? Ваши дела не позволяют подождать рассвета?
- Разве вы не знаете, что типы вроде Тиркилда бдят даже ночами?
- Рыцаря Аэдхарра? - Пратт кивнул в сторону дыма, сочившегося из щелей двери. - Он там.
- Дурите меня.
- Если бы мог. - Он вздохнул. - Мой старший стал хриллианцем - стражник в этом самом приходе, еще надеется на Рыцарство. А сегодня был убит один из "пальцев" его "кулака". Брехью его звали.
- Ага... - Пустой желудок свело узлом, фантомная боль заставила руку схватиться за бок. - Я тоже там был.
- Знаю. - Пратт жестами звал меня к двери. - Потому вас и пригласили.
Я выпучил глаза.
Пратт развел руками. - Я же говорю: на Бранном Поле обычаи... необычные.
Я подошел и заглянул в дверь.
Вечеринка шла уже долго.
Столы и стулья были сдвинуты к стенам и двери, так что середина казалась чем-то вроде танцплощадки или ринга для занятий джиу-джитсу. На столах высились горы мяса и хлеба, головы сыра, повсюду стояли стальные кубки, кружки и стаканы, еще больше лежало опустошенными на стульях или под ногами танцующих.
- Не похоже, что они в трауре.
Пратт стоял у плеча, глядя на зал. - Это празднество. День победы.
- Да ладно?
Отельер пожал плечами: - Брехью убит в бою, исполняя законный приказ командира. Пал с честью и причислен к Людям Хрила. С их точки зрения, бывает ли победа более достойная?
Я склонил голову набок. - Выжить в бою?
Пратт хихикнул. - Вот почему анханцы никогда тут не приживаются. Ну, как я вижу, вы сделали лишь то, что Хрил написал для вашей роли, если понимаете, о чем я. Они будут вам рады.
- Не готов спорить.
Обычаи обычаями, но смех был слишком громким и резким, пение слишком грубым, а глаза над множеством улыбок казались слишком стеклянными. Похоже, последнее время им приходилось праздновать слишком много побед такого сорта. Я смотрел из двери, пока взгляд на притянулся к тому, кто хохотал громче и пел дурнее всех.
