Главный герой, гонимый жаждой мести и желанием отыскать книгу, в которой заключено всё его будущее, отправляется исследовать ночной город в поисках логова крысолюдов
Annotation
Главный герой, гонимый жаждой мести и желанием отыскать книгу, в которой заключено всё его будущее, отправляется исследовать ночной город в поисках логова крысолюдов
Кириллов Иван Владимирович
Кириллов Иван Владимирович
Кель и Джил. Золото. Глава пятая. Коридель. Часть четвёртая. Крысолюды
Часть четвёртая. Крысолюды.
Кель сидел на первом этаже, за тем самым столиком, за которым их компания обедала днём. Лицо его было омрачено, а руки скрещены на груди. Он продолжал обдумывать свой план. Посох Монарха стоял рядом.
Над городом нависла кромешная тьма - тот самый момент поздней весны, когда выйдя на улицу можно было выколоть глаз. Трактир практически пустовал. Во всём зале свечи горели только в паре-тройке светильников, чтобы можно было хоть что-то разглядеть и не налететь, при этом, на мебель. Из посетителей, помимо лекаря, в зале сидели ещё только три человека. Один из них, весьма прилично одетый джентльмен, читал какие-то документы, прихлебывая чай из кружечки. Другой спал на столе. Перед ним стояла початая бутылка с золотистой этикеткой. Третьим в эту скромную компании затесался ночной охранник. В его обязанности входило следить за тем, чтобы постояльцы, моги приходить или уходить в тёмное время суток, так как все входы и выходы запирались на ночь. Кроме того, он наблюдал за тем, чтобы если кто-нибудь из полуночников решит спуститься, выпить воды или посетить уборную - не натворил каких-нибудь нехороших дел. Ещё он должен был сразу же сообщать хозяину или хозяйке, если, вдруг, заявятся новые гости, желающие переночевать. Первых двоих Брауз не выгнал после закрытия, так как они снимали у него комнаты.
Кель бросил короткий взгляд на охранника. Тот сильно напоминал своего коллегу из магазина Шулы, где лекарь приобрёл свою флягу. И мужиковатым, узколобым лицом и вооружением. Только его одежда сильно отличалась - охранник "Ворчливого Пса" носил рубаху с оборванными рукавами и штаны, едва прикрывавшие ему щиколотки.
Рядом с лекарем на четвереньках стоял Баруз, и чинил пол. Возле него находился ящик с инструментами. Занимаясь ремонтом, трактирщик ворчал себе под нос:
- Одна толстая - топает тут, другой палками стучит, а третий вообще молотом махает! А чини - я! Да поцеловали бы вы все мою з ...
Бах!
Хлопнула дверь, ведущая в тамбур перед кухней. На стук обернулись все, кроме спящего постояльца.
В дверном проёме стоял Монарх. Он держал в каждой руке по деревянной, наполненной до краёв, пивной кружке. Старец сказал, неловко улыбнувшись:
- Прошу прощения за беспокойство. Не рассчитал силу.
Все сразу же вернулись к своим делам.
Целитель подошёл к столику, за которым сидел его друг и поставил перед ним кружку, а сам присел на соседний стул.
Повертев на месте сосуд с освежающим, хмельным напитком, Кель взялся за него обеими руками и, посверлив взглядом, сделал глоток:
- А я и не заметил, что вы вышли.
Монарх решил не отставать - он ответил, только после того, как приложился к своему пиву:
- Баруз сказал, что в зале "Горный Король" закончился. Пришлось сходить в погреб на кухне. Заодно попросил Рови заняться одеждой Джил. Она сказала мне, что разберётся с ней этим утром. Пока что мы оставили обрезки в хлеву. Кроме того, я строго наказал не входить в нашу комнату. Объяснил это тем, что сейчас там находится раненая, и ей требуется абсолютный покой. - Маг сделал следующий глоток. - И что вы только находите в пиве? То ли дело - хорошее вино! Хотя, конечно, в молодости я тоже любил опрокинуть бочонок-другой, омобенно во время крупных торжеств, но, видишь ли, когда мне стукнуло двести лет, я так устал от постоянных камней в почках, что перешёл на более благородные напитки.
Кель не отвечал, продолжая мрачно пялиться на стену. Он обдумывал, как бы наименее подозрительно подвести разговор к нужной теме.
Лекарь начал издалека:
- А что это вы сделали с животом Джил? Секунду назад она безболезненно вдохнуть не могла, а потом вы подержали над животом руки - и всё. Будто с ней ничего и не случилось вовсе.
Монарх отпил ещё немного пива, поморщился и уже, было, собрался отставить кружку в сторону, но, заметив выражение лица Келя, передумал:
