Олени рассеялись по пологому склону возвышенности и, не споря между собою за более доступную еду, спокойно кормились каждый на своих раскопанных ямках. Снег здесь неглубокий и местами хорошо выдут ветрами. К тому же и ягель богатый. Услышав легкое шаркание и поскрипывание лыж, олени насторожились и подняли головы. Они, конечно, узнали между деревьями раскачивающуюся фигуру Кэлками. Привыкшие к постоянному контакту с человеком, к частым перемещениям с ним, животные теперь пытались угадать, с каким же намерением хозяин пожаловал сюда. «Непонятно. Кочевать? Уже поздно. В руках у него аркана нет, и кучу поводков, собранных кольцами, не таскает. Тут что-то другое, волноваться, пожалуй, нет причины», — смекнули умные животные. Остается одно — ждать условную команду хозяина.
— Фьють! Фьють! — раздался звонкий свист Кэлками. Вьючные олени спешно начали собираться. — Фи-фьють. Фить-фьють, — еще требовательнее засвистел Кэлками, обходя вокруг скучивающихся оленей.
Беглым взглядом он окинул стадо: все олени были на месте. По узким глубоким следам, проложенным в прошлые дни, олени начали спускаться с горы.
«Правее палатки нужно прогнать к ручью, где растянуты арканы. Тогда они с ходу зайдут в загон», — подумал Кэлками, подгоняя по тропе толкающихся оленей.
Некоторые животные сердито бодались. Вокруг ременного загона, растянутого по деревьям, уже стояли Василий, Савва и Акулина. Ясно был виден неширокий и открытый вход, куда тянулась тропа, по которой сейчас пройдут олени.
— Ако, зайди в загон и подзывай, подзывай гилрыков (
— Василий, подержи пока уздечки, — сказала Акулина, передавая связку поводков.
Пройдя немного навстречу идущим оленям, Акулина достала из-за пазухи сухой лоскуток рыбьей кожи и, высоко размахивая им, негромко закричала:
— Хая-я-я-я. Хая-я-я-я. Я-я-я… Продолжая покрикивать, она развернулась на месте и пошла обратно к загону. Услышав голос Акулины, олени быстро потянулись за нею. Вообще домашние олени прекрасно знают, что означает такой окрик. Они спокойно вошли в усилэн (
— Ако, накидывай на всех поводки, а я буду привязывать, — сказал Кэлками.
Приученные к таким загонам, олени стояли спокойно. Акулина только одевала на них поводки. Всех пойманных оленей Кэлками привязывал к деревьям. Соединив поводками за шеи всех животных, Кэлками с Акулиной повели караван к своей палатке.
— Савва, молодняк пусть остается здесь, чтобы прямо отсюда согнать его на дорогу, — сказал Кэлками. Привязав всех своих оленей около палатки, Кэлками помог Савве и Василию запрячь оленей.
— Савва и Василий, скажите Павлу, что я, кроме вещей, оставляю еще и четырех вьючных оленей, на одном из них сейчас Василий поедет. И молодняк, ну тот, который мы около загона оставили, — объяснил парням Кэлками.
— Хорошо, Кэлками, обязательно скажем, в гости опять приезжайте. Сейчас ведь за белкой уже не ходите, — весело отвечали ребята.
— Спасибо вам за помощь, — ответил Кэлками. — Савва, ты сейчас выезжай на дорогу и подожди нас на речке. А мы с Васей молодняк на речку выведем, а Кытымкана прямо сейчас отпустим, чтобы молодых в стадо повела. А моих вьючных оленей пусть Василий пока впереди тебя поведет. Отъедете подальше в лес и тоже отпускайте, тогда они уже не повернут назад, — проинструктировал Савву Кэлками.
Небольшая группа молодых оленей стала настороженно прислушиваться, перейдя ручей на левую сторону.
«Как бы к палатке не рванули, они ведь и около нее не остановятся, прямиком на сопку пойдут, чувствуют, что вечереет», — подумал Кэлками, отпуская Кытымкана.
— Вася, переходи ручей, садись в седло и быстро поезжай к дороге. Они сразу потянутся за тобой. Когда въедешь в лес, порожних оленей отпускай, чтобы не мешали тебе. Ну все. Давай! — сказал Кэлками.
Василий пешком перешел ручей, ведя за собой оленей и, поднявшись на другой берег, сел в седло и слегка тронул верхового оленя Ирандю по его широким лопаткам. Ирандя торопливо пошел в сторону реки, по которой уходит дорога в бригаду. Призывно похоркав, Кытымкан широкими шагами двинулась вслед за оленями Василия.
— Фьють, фьють, — засвистел Кэлками. Молодые олени цепочкой потянулись за Кытымканом. Охотник облегченно вздохнул. Когда Кэлками вернулся домой, Акулина ждала его возле привязанных оленей.
— Ну как? — спросила она мужа.
— Хорошо, без лени и капризов пошли. Кытымкан знает свое дело, сразу повела к реке, где ждал Савва. Я уже не стал выходить на дорогу, чего их отвлекать, — ответил Кэлками. — Ладно, давай теперь наших отпустим, небось, проголодались. Немного направлю их, и они сами уйдут на пастбище, — сказал Кэлками.
Похлопывая веткой по снегу, будто плеткой, Кэлками погнал оленей в сторону сопки, где они обычно пасутся. Застоявшиеся животные потянулись на сопку. Немного постояв и убедившись, что олени успокоились, Кэлками пошел домой.
