– Несомненно, – ответил он и снова поцеловал ее. – Я хотел бы, чтобы так было всегда.
– Конечно, – уверенно ответила Стася, и только потом вдруг поняла, что он не ждал от нее ответа, напротив, в его голосе прозвучала странная безнадежность.
Стася боялась, что эмоции, как в то мгновение, когда он впервые поцеловал ее, никогда больше не повторятся, что пережитое однажды уже невозможно, но в этот раз все оказалось таким же волнующим. Она не смогла бы подобрать слов, чтобы передать свои ощущения, ведь не все можно описать словами. Но каждую секунду они оба понимали: все происходит именно так, как должно быть. Никакой неловкости, никакой будничной обыденности, а лишь головокружительное осознание, остановившегося время, где нет ни прошлого, ни будущего, есть только они – единое существо, которое теперь не разделить.
Уже позже, когда Стася лежала, положив голову ему на грудь, она снова коснулась руками его волос.
– Мне так нравится, как они завиваются, совсем как у моего папы, – сказала она. – Почему они все время мокрые?
– Это гель, – ответил Ларри. – Он никогда не высыхает. Иначе они слишком непослушные.
– Покажешь? Я никогда не видела такого, я бы тоже хотела иметь мокрые волосы. Он у тебя с собой?
– Вряд ли. Он где-то дома. Спи, пока даю тебе такую возможность.
– Не хочется спать. Скажи мне что-нибудь. Например, что любишь меня.
Ларри приподнялся и посмотрел на нее.
– Сегодня, когда ты сидела напротив меня за ужином, – сказал он вдруг, – Я понял, кого ты мне напоминаешь. Есть такая теория, что когда-то прежде землю населяли бессмертные высшие существа. Люди считали их богами. Они обладали необычайными способностями. Они были такие же хрупкие, почти прозрачные, но сильные и крепкие. Совсем как ты. У них были такие же длинные светлые волосы, белая кожа, тихий голос и необычайно глубокие глаза. Ты очень похожа на них…
– Откуда ты знаешь? – Стася не могла не рассмеяться, – Разве ты видел их?
– Передачу смотрел, – спокойно ответил Ларри.
– Что ж, весьма лестное сравнение. Спасибо, запомню! Я так счастлива сейчас… С Рождеством! Это было лучшее Рождество в моей жизни!
– И в моей тоже!
Стася улыбнулась и закрыла глаза. Но сон не шел. Она понимала, что теперь их жизни связаны и уже ничто не может их разлучить. Здесь, на берегу Лох-Ломонд, она отдала свою жизнь другому человеку, и верила, что теперь они будут вместе до конца дней. Но почему он сам сомневается в этом? Неужели, он не доверяет ей? Стася прогнала дурные мысли, все должно быть хорошо, ведь они любят друг друга, разве может быть иначе?
Она поднялась на локте и смотрела на него спящего, на очень длинные, чуть светлые на концах ресницы, отбрасывающие тень на лицо, на сильную грудь, которая поднималась и опускалась в такт дыханию.
– Он просто совершенство, – подумала Стася, – Разве я заслужила такое? Только бы он не оставил меня, я не смогу этого пережить!
Она похолодела, вспомнив рассказы многочисленных знакомых и подружек, которых оставляли любимые, неужели, и с ней может случиться подобное? Нет, конечно же нет, с ней этого быть не может! Она ведь везунчик, избранница фортуны!
Но уже на следующий день, за завтраком, Ларри казался каким-то хмурым, отвечал невпопад, он словно куда-то торопится, даже его движения стали суетливыми и резкими. Как будто бы перед ней был сейчас совсем другой человек, не тот, кто спал с ней рядом этой ночью.
– В чем дело, что-то не так? – осторожно поинтересовалась Стася, чуть испуганно, боясь рассердить его и показаться назойливой.
– Все в порядке, – ответил он, – Ешь быстрее, нам нужно ехать. Путь не близкий.
– Я не голодна, мы можем ехать сейчас, – ответила она, вставая из-за стола. Девушка была растеряна, она не понимала, что происходит, все было хорошо, неужели она сделала что-то не так?
Они почти не говорили по дороге. Ларри был молчалив, мрачен и немного суетлив, в его поведении сквозило беспокойство, а вся его нежность вдруг куда-то исчезла. Стася смотрела на петлявшую вокруг гор дорогу, на бедные дома местных фермеров, выживавших в суровых горных условиях, но все мысли ее были только о Ларри, однако девушка понимала, что выяснять что-то сейчас было абсолютно бесполезно.
– Поднимешься ко мне? – спросила она, когда они остановились у ее дома. – Анжелина будет очень рада тебя видеть.
– Не могу, – ответил он, – Есть срочные дела.
На секунду в его голосе мелькнуло нечто такое, что Стасе показалось: он хочет от нее поскорее избавиться, но она отогнала эту мысль.
– Хорошо. Я улетаю двадцать девятого. Буду ждать тебя.
– До встречи, – он сдержанно поцеловал ее.
– Ларри… – она помедлила, – Почему ты такой сейчас? Я сделала что-то не так? Ты… разочарован?
Ларри покачал головой.
– Нет, все в порядке. Просто много работы. Конец года, сама понимаешь. Прости.
Он извинялся, но в голосе звучало неприкрытое раздражение.
– Да, конечно, – тихо сказала она. – Позвони мне, когда сможешь. Пожалуйста.
