— С каким открытием?
— Ох, скромник какой! — залюбовался мной Архипчук.
Уж не издеваются ли они надо мной? Дело в том, что я вряд ли совершил какое-нибудь открытие, потому что последнее время все больше на машинке для шефа стучу. Конечно, не пристало мне, научному работнику, таким делом заниматься, да я не гордый.
— Ну, старик, — похлопал меня по плечу Зайцев, — замечательную вы с Пискуновым статью отгрохали.
— Да чего там, — засмущался я и скорее побежал к Пискунову. — С чем это все меня поздравляют?
— А ты разве не читал нашу статью в журнале? — удивился Пискунов. — Мы же с тобой как-никак открытие совершили.
— Я ничего не совершал, — разозлился я.
— А помнишь, что ты в прошлом году сделал?
— Что?
— Бразильские джинсы мне достал, вот я и сделал тебя своим соавтором.
— А какое хоть открытие-то? — заинтересовался я.
— Что-то про электричество.
— Какое электричество? Разве ты точно не знаешь?
— Мне говорили, — потерял терпение Пискунов, — да я позабыл, нас ведь там несколько соавторов. Я путевку Бабушкину в санаторий достал, вот он меня и записал в соавторы, а уж я тебя. Нам с тобой нужны научные работы, а ему-то все равно, сколько соавторов.
— Когда же, — говорю, — запись на это открытие была?
— Да еще в том «году.
Отправился я к Бабушкину выяснять, какое же мы открытие совершили.
— Помню, помню, — оживился Бабушкин. — Совершили мы какое-то открытие, только вот какое, забыл. Я ведь часто всякие открытия совершаю. Ты сходи к Волкову, мы у него записывались. Может, он знает.
И он не знал, но нашел эту статью. Прочитал я ее внимательно, не понял, правда, ничего. Забыл я все эти премудрости, а попросить объяснить было неудобно.
Отправился я в наш отдел, встретил по дороге Поповского, поздоровался с ним, а он мне не ответил. Посмотрел на меня с отвращением и отвернулся.
— Что это Поповский со мной не разговаривает? — спросил я у Пискунова.
— Так ведь наше открытие опровергает его открытие, — объяснил мне Пискунов. — Ну ему и обидно, конечно.
Некстати, думаю, я со своим открытием вылез. Надо идти к Поповскому мириться. Мне скоро квартиру должны дать, а он в месткоме фигура, как бы не навредил.
— Ты на меня не обижайся, — миролюбиво сказал я Поповскому. — Я ведь случайно все это открыл.
— Ты что, — поморщился он, — издеваешься? Я над своей работой пять лет корпел, а ты ее взял да уничтожил.
— Так ведь науку остановить нельзя, — беспомощно развел я руками и по-идиотски заулыбался..
— Нечего было соваться со своей статьей, если знаешь, что товарища этим в гроб загоняешь.
— Ну, извини, — говорю, — не подумал. А в чем твое открытие?
— Об электричестве, — насупился Поповский.
— Так и мое об электричестве. А в чем там суть?
— Я уж не помню. Главное, хорошее было открытие.
— Слушай, — доверительно сказал я ему, — не делал я этого открытия, меня на него только записали.
— Какая разница? — заскрипел зубами Поповский. — Меня на мое тоже записали. Надо знать, куда записываешься!
Повернулся и ушел.
Эх, не видать мне квартиры, затосковал я.
— Ты, — закричал я Пискунову, — больше меня ни на какие открытия не записывай! Ни к чему мне ваши интриги!
Сел за машинку и начал работать.
Получил Крылов квартиру и пригорюнился: не осталось у него после этого ни одной надежды.
Мечтал он когда-то купить холодильник. И купил.
Мечтал жениться на Ниночке — и женился. А сейчас и квартиру получил.
«На что же мне теперь надеяться?» — задумался Крылов.
Купил он лотерейный билет и стал ждать, когда «Волгу» выиграет.
Ждал, ждал и выиграл.
А как жить дальше, непонятно.
«Уважаемое телевидение!
В среду вечером я с удовлетворением посмотрел вторую серию прекрасного телефильма «Преступник в синем халате». После окончания фильма я немедленно провел расследование дела и обнаружил, что замечательный следователь тов. Раменский ошибся и овощную палатку ограбил не сторож Киселев, который в ночное время, естественно, задремал на своем посту, а матерый преступник Орехов, который под видом инженера якобы проходил мимо палатки. Мы с моей семьей просим исправить ошибку следователя Раменского и освободить невинно задремавшего Киселева.
С уважением, Л. Макеев со своей семьей».
«Уважаемый тов. Макеев!
Вы заблуждаетесь, считая, что палатку ограбил инженер Орехов, а не сторож Киселев, так как Орехов сам заявил в милицию о том, что овощная палатка ограблена, в то время как сторож Киселев был 12 найден, как вам известно, на месте преступления в растерянности, с морковью в руке.
С дружеским приветом, сотрудник объединения телефильмов М. Портнов».
«Уважаемое телевидение!
Мы с негодованием прочитали ваше письмо. Неужели вам самим непонятно, что инженер Орехов для того и заявил в милицию, чтобы не вызвать подозрений, в то время как сторож Киселев, пробудясь от недолгого сна, естественно, держал в руке морковь и был неприятно удивлен появлением милиции. Просим исправить допущенную ошибку.
С приветом, Макеев со своей семьей, Игнатов, Максимов, Пискунов, Рассолов».
«Уважаемые товарищи!
