- Дыхательная система состоит из путей, проводящих воздух, - читал лекцию доктор Бобсон, - носовой полости, гортани, трахеи, бронхов и, собственно, дыхательной части легких...
Кенди внимательно слушала и записывала. Позже, в библиотеке, она набрала несколько объемных книг. Она читала даже на ходу, бормоча что-то себе под нос, но все-таки прошмыгнула к Нулевой палате.
- Привет, мистер Альберт, - с улыбкой поздоровалась Кенди. - Как Вы себя чувствуете? Я, к сожалению, очень занята, и не могу приходить к Вам так часто, как раньше. Извините.
- Все в порядке, - ответил пациент.
- Вот, Пуппи, - для зверька было припасено лакомство, - жареные орешки, твои любимые.
Молодой человек посмотрел на скунса невеселым взглядом.
- Мистер Альберт, Вам так и не стало лучше, - грустно констатировала про себя Кенди. - Мистер Альберт, прошу Вас, подождите еще немного. Я все время буду ухаживать за Вами, когда стану настоящей медсестрой, - пыталась она его утешить.
- Похоже, я никому не нужен в этой больнице, - негромко проговорил мистер Альберт.
- Почему Вы так говорите? - не поняла Кенди. - У нас всех пациентов лечат одинаково. Можете в этом не сомневаться.
- Знаешь, Кенди, ты очень добра ко мне. Даже слишком.
- Ну что Вы, мистер Альберт...
- В Италии меня перевозили из одного полевого госпиталя в другой, - он говорил, а его глаза были скрыты густой челкой. - Наверное, мне ничем нельзя помочь, ведь я потерял память.
- Как только Ваше здоровье будет восстановлено, память вернется к Вам, - настаивала Кенди. - Вы должны делать все, чтобы поправиться.
- Брось, лучше не связывайся со мной, - он обратил свой взор в окно, где ветер носил пожелтевшие листья. - Меня здесь никто не любит, и даже если я умру...
- Мистер Альберт... Я не могу переубедить его, что бы ни говорила. А ведь он был таким счастливым и жизнерадостным. А теперь... теперь...
Глядя на своего друга, так сильно изменившегося, Кенди прослезилась.
- Я еще вернусь, - с этими словами девушка вышла из палаты, но задержалась у двери снаружи. - Мне нужно сделать так, чтобы он сам захотел выздороветь. И еще нужно обязательно сдать экзамен, чтобы потом я смогла быть рядом с ним. Только так я смогу помочь мистеру Альберту.
* * *
Теперь Кенди засиживалась за книжками допоздна. Сделав небольшой перерыв, она распахнула окно и потянулась. Но серьезные мысли не покидали ее.
- Терри, удачи тебе на прослушивании. А я буду изо всех сил готовиться к экзамену, честное слово.
* * *
К одному из нью-йоркских театров подъехала машина, из которой выбежала женщина, пряча лицо за шалью.
- Поднимите правый софит повыше, - отдавались распоряжения в зале рабочим, готовившим сцену.
- Так нормально?
- Давай еще чуть-чуть!
- Сейчас!
Женщина села в зале позади нескольких мужчин, членов приемной комиссии.
- Вы, должно быть, Элеонора Бейкер? - обернулся к ней мистер Хэтуэй.
- Только не говорите этого никому, прошу Вас, - актриса опустила шаль.
- Хорошо. Простите, а Ваш сын знает, что Вы здесь?
- Нет. Я не сказала Террозу.
В общей гримерной собрались претенденты на главные роли: кто поправлял грим, кто костюм, кто повторял текст. Кто-то, чтобы отвлечься, отвернулся к окну.
- Внимание! - в комнату вошел режиссер. - Послушайте меня! Мы начинаем прослушивание для Ромео и Джульетты, - объявил он собравшимся юным дарованиям. - Мы установили освещение, декорации, в общем, все, чтобы вы могли показать, на что вы способны. Удачи вам.
- Да, сэр.
- Итак, начнем. Ромео - Гарри Грант.
- Да, сэр, - откликнулся актер с рыжей шевелюрой, насмешливо глянув на стоящего рядом Терри.
- Джульетта - Сюзанна Марлоу.
- Как?.. - распахнула глаза блондинка. - Я думала, моим партнером будет Терри... Мне кажется,.. у меня лучше получится с ним...
- Перестань капризничать, Сюзанна, - режиссер кинул на нее недовольный взгляд.
- Да... Как скажете...
В зале уже все было готово для прослушивания.
- Начали, прошу вас! - объявил один из членов комиссии. Свет погас...
На сцене появился рыжеволосый Ромео.
- Над ранами смеется только тот,
Кто не бывал еще ни разу ранен.
Но тише! Что за свет - в ее окне?
Оно восток, и в нем Джульетта-солнце.
Всходи, всходи, прекрасное светило,
И свет луны завистливой затми!..
Она уже от скорби побледнела,
Завидуя, что ты, ее слуга,
Ее красой далёко превосходишь...
В гримерной готовились остальные претенденты. Терри ходил из угла в угол.
- Я должен получить эту роль... и пригласить сюда Кенди... Нет-нет, мне нельзя сейчас отвлекаться... - он раскрыл брошюру. - Надо еще раз повторить текст, чтобы ничего не забыть...
Согласно пьесе, настало время признаний белокурой Джульетты:
- Ромео!.. Для чего Ромео ты?..
О, отрекись от своего отца,..
От имени, а если не желаешь,
То поклянись лишь мне в своей любви
И я тогда не буду Капулетти...
Терри все ходил туда-сюда у окна, за которым падали осенние листья. В гримерную снова вошел режиссер.
- Так, внимание! Послушайте меня, следующие: Ромео - Терроз Гранчестер.
- Да, - Терри подался вперед.
- Джульетта - Карен Клэйс.
- Да, - откликнулась девушка с темными волосами.
